Книжник. Сладкая месть

Ты, значит, это…

– Что?

– Пообщайся со своей прекрасной пассией – на означенный выше предмет.

– Э-э-э, – замялся Пашка. – В смысле?

– Сугубо в оперативном смысле. Сперва – по новому кругу – вновь заберись. Доведи любимую девушку до очередного оргазма. Ещё лучше – до их плотной и долгой серии. А потом, уже слезши, пораспрошай душевно. Типа – об интересующем нас издательстве «Крылья». Мол, как, что и почём? Журналистки, они, как правило, многое знают. Слухи там, сплетни разные….

– Так точно!

– Выполнять, майор. Причём, с удвоенным усердием и утроенным рвением. Типа – ради пользы дела. Не посрами, молокосос, чести погон. Твою мать…. Гы-гы-гы!

– Не посрамлю. Можете не сомневаться. Уже, в соответствии с полученным приказом, залезаю.

– Удачи, будущий майор.

– Роджер.

Третий параграф. Два капитана

Пивной бар назывался – «Два капитана», хотя в интерьере данного купчинского заведения ничего морского не наблюдалось – стены, обшитые бело-красным пластиком, обшарпанные квадратные столики, разномастные убогие стулья, заплёванный грязный пол, мрачные официанты в скучных тёмно-коричневых костюмах.

Тогда почему – «Два капитана»? По гнилому капустному кочану. Учредителей у приметного заведения было ровно два. Один – до выхода в отставку по плановому сокращению штатов – трудился капитаном в ГРУ.

Но, главное заключалось совсем в другом. Кабачок, действительно, являлся заведением, отнюдь, непростым. Спецслужбы и прочие несимпатичные организации – по негласному секретному соглашению – здесь никогда не устанавливали никакого записывающего и подслушивающего оборудования. Более того, «Два капитана» никогда не попадали в сводки и профильные отчёты, как будто бы этого бара, и вовсе, не существовало в природе.

В «Капитанах» «фээсбешники» – вопреки всем строгим инструкциям, уложениям и правилам – могли свободно общаться с «грушниками». А супер-секретные агенты американского ЦРУ, не ставя о том в известность руководство, болтать – о чём угодно – с жадными и коварными российскими депутатами.