Всадники Апокалипсиса

Никогда я не видела еще столь ожесточенного сражения.

Два племени сошлись на большой поляне, некогда которая была обителью мира: зеленая трава, разноцветные кусты и душистые цветы. Теперь же это была лишь сожженная, окропленная горячей кровью и соленым потом, земля. Ни единой слезы не было пролито здесь. Лишь ненависть отражалась в оскалах лиц и ярость застилала глаза. Воинов вело лишь стремление к славе в битвах и каждый желал умереть здесь и сейчас, но достойно – с мечом в руках и бесстрашием в глазах. Человеческая плоть разрывалась холодной сталью топоров и мечей, протыкалась наконечниками копий и стрел, хрустели кости под ударами щитов.

Тори была в самой гуще войны, и создавалось впечатление, будто она была только для этого и рождена. Легкая комбинированная броня, как вторая кожа, обтягивала тело невысокой роста воительницы. Изогнутый лук крепко сжимали нежные женские пальцы, а стальные лезвия двух кинжалов блестели на тонких бедрах. Стрела за стрелой находили свою цель, не щадя никого на своем пути, но кожаный колчан вскоре был пуст, и Тори, будто повторяя священный танец у костра, кружилась в кровавом море, неся смерть всем, кто оказывался в зоне досягаемости ее клинков.

После недолгого водоворота цветных волн я стояла посреди пустыря, окруженного наспех сооруженными домами некой древней культуры, которые немного портили по-настоящему незабываемую землю. Зеленая низкая трава колыхалась от легких невесомых дуновений ветра. Листья тихо шептались. Где-то неподалеку был слышен шум широкой полноводной реки, сопровождающийся искренним девичьим смехом, будто льющимся прямо из души.

– Где мы? – спросила я, оглядев местность, сильно отличающуюся от современного мира.

– Это древнее поселение кельтского племени в верховьях Дуная, – ответила моя сопровождающая, оставив меня в полном недоумении.

Девушка отпустила мою руку и направилась к краю одного из домов. Шла плавно и размеренно, словно лебедь плыла. Я решила не отставать и последовала за ней, с любопытством озираясь по сторонам.

В нескольких метрах от одного дома и правда протекала внушительных размеров река. Весело смеясь, на мелководье плескались две девушки. Одна из них стояла ко мне лицом, и я могла лучше ее рассмотреть. У нее были тонкие заостренные черты лица, с виду приятные. В серых глазах серебристого оттенка отражались отблески воды и солнца. Рыже-русые волосы, достающие до лопаток, были небрежно острижены. Кажется, я где-то ее раньше видела.