Всадники Апокалипсиса

Гитара пела столь проникновенно, что казалось не только я, но и инструмент сейчас заплачет.

Мэтт тяжело вздохнул, закончив играть. Он живо помотал головой, приводя себя в чувства. Его пальцы снова заходили по струнам, но теперь мелодия была живая, бодрая, зажигающая кровь. Мэтт запел на английском знакомую песню, но я никак не могла ее вспомнить. Одно лишь четко врезалось в мое сознание – у него потрясающий голос.

Тренировка прошла динамично и классно, но как после всего этого невыносимо ноют кости, кто бы знал.

Мэтт гонял меня хлеще, чем Дора. Сегодня мы здорово поработали над техниками боя. Он научил меня правильно орудовать косой, показал некоторые приемы и рассказал необходимую информацию о моем оружии.

Я доковыляла до гостиной и рухнула на диван так, что тот издал недовольный звук.

– Давай в душ! – сказал мне тренер.

– Слушаюсь, – вяло ответила я, поднимаясь с четвероногого друга.

После горячей ванны прямо-таки чувствуешь себя человеком. Я взбутетенила мокрые волосы, спускаясь на первый этаж.

Когда я открыла дверь, мне в нос сразу ударил приятный аромат какого – то блюда, поэтому я поспешила зайти, не мешкая ни секунды. Тори хлопотала у плиты, давая указания Алисе и успевая что-то щелкать в ноутбуке. Девочка подавала нужные продукты, нарезая при этом овощи.

– О, Ада! – воскликнула Алиса, смахнув со лба мешающую обзору прядь, которая выбилась из общего хвоста.

– Нет, я, пожалуй, воздержусь. А где весь остальной народ? – спросила я, заглядывая в сковородку, но Тори накрыла ее крышкой, нагло показав зубки.

– Рэн и Эйджино уехали по делам, – пояснила она. – Она его как бы ученица и в то же время напарник. Ну ты же понимаешь почему «как бы»? Рэну не нужен ни ученик, ни напарник, а Мэтт музицирует, что-то его пробило сегодня на музыку.

– Я даже и не думала, что он поет и играет на гитаре.

– Этому его научил Элвин.

– Эл?! Нянькой? Ты мне про того хоть Элвина говоришь?

– Да. Я знаю, трудно поверить. Мэтт попал к нам, когда ему было всего 8 лет, замкнутым и необщительным, – Тори вздохнула, увернув мощность конфорки. – Эл единственный кто нашел к нему подход. Ни я, ни Рика, ни Рэн, ни даже Дора, которая любит детей и умеет с ними обращаться, никто не мог расположить его к себе.