Кома

Прямо перед обеденным перерывом в отделе программной поддержки отказал сканер, и Мартин решил заняться ремонтом сам.

Кодеры и тестеры работали без суеты. У них всегда звучала мощная электронная музыка, пахло кальянным дымом и пивом. Мартин перебросился парой слов с начальником их отдела – тяжёлым бородатым мужиком в огромных очках – и поспешил забрать устройство, чтобы не морщиться от яростного напора на обоняние.

Макс возник в проеме двери и постучал костяшками пальцев по косяку.

– Негоже лилиям прясть, – сказал он, глядя на раскрытый аппарат.

– Ладно, брось. Мне не сложно, да и руки не должны забывать.

– Ты хоть обедать-то пойдешь?

– Уже иду, – Мартин смахнул со лба длинную прядь, выпрямился и шагнул к двери.

Около столовой тихий эмбиентый гул офиса превращался в базарный гвалт. Шумели голоса, из-за дверей доносился грохот посуды, по воздуху плыли ароматы специй и соусов, и казалось, что ещё чуть-чуть, и всё это взорвется, разлетится мелкими осколками и затихнет навсегда.

Мартин поставил на поднос тарелку с куриным бульоном и замер.

– Шеф, ты чего? – участливо спросил из-за спины Макс.

– А нет, ничего, всё хорошо, – спохватился Мартин, выбираясь из обрывков внезапно набросившегося видения. – Мне просто показалось, что мы куда-то падаем. Всем нашим здоровым коллективом летим в пропасть, на дне которой сверкают синие и красные огни.

– Пива тебе надо выпить, – усмехнулся Макс. – И поспать.

– Мечты, мечты… Ладно, проехали. Интересно, у них в этот раз пельмени не с колбасой, как в пятницу?

Свободных столиков не было.

Поневоле пришлось подслушивать.

– Кстати, а чем у нас Алия занимается? – разглядывая куриную ножку, спросил вихрастый парень в сером свитере, сильно тертых джинсах и треснувших очках – начальник отдела.

– Вроде как ритм считает.

– Пусть лучше пялится. Один фиг всё без толку.

– Да ладно. Ты-то сам думаешь, что это?

– Мистификация. Дай мне месяц, и я тебе такую же хренотень косыми буквами напишу.

– Допустим. Но зачем?

– Да чисто для лулзов. Смотри, там же нет ни хрена из технологий, недоступных в ту эпоху. Значит, не пришельцы и не волшебники. А голых баб среди кустистой герани любой дурак нарисовать может.