Кома

Ведь не каждый же день узнаешь, что умер, не правда ли?

– Мне понемногу начинает нравиться это состояние, – усмехнулся Мартин. – Во всяком случае, здесь точно.

– Мы очень старались, – кивнула Аля. – Жаль, что кроме вас, никто не оценил.

– А могли бы вы всё-таки рассказать о себе чуточку больше? – краснея, спросила Алина.

– Возможно, – пожала плечами Нелли. – Но даже если и да, то не сейчас. Время чая!

– Хотя бы скажите, кто открыл нам ворота? – поинтересовался Мартин.

– Разумеется, никто, – улыбаясь, ответила Аля.

– Почему-то я не удивлён.

– А вы скоро вообще отучитесь от этой вредной привычки. Миром надо восхищаться, а не дивиться. Всё всегда на своих местах и всё всегда так, как надо. Ничего удивительного в этом нет. А вот величие замысла и мастерство исполнения – это умопомрачительно.

– В ваших словах что-то есть, – кивнул Мартин.

– Как минимум звуки, – рассмеялась Аля. – Ваш чай, пожалуйста!

В одной чашке, казалось, растворена огромная лесная поляна. Обжигающий аромат ягод, диких цветов, свежей травы и мёда наполнил всё вокруг, и над этим царственно возвышалась сладкая мята.

Мартин прикрыл глаза и унесся в детство, под полог светлого соснового бора, на горячий песок, устланный рыжей хвоей, по которой рассыпались красные бусинки земляники. Защебетали птицы, запел в высоких кронах вечно несущийся куда-то ветер, и внутри защекотало от предчувствия чего-то непостижимо прекрасного.

– Я так рада, что вам нравится мой чай! – негромко пропела Нелли.

– Это не чай, – растягивая слова, сказал Мартин.

 – Это машина времени.

– Вполне, – кивнула девушка. – Только не возвращайтесь туда сейчас.

– Да нам хоть бы просто домой вернуться, – усмехнулся Мартин. – А то мотаемся чёрт-те где ни живые, ни мёртвые.

– Это пройдёт, – успокаивающе произнесла Аля.

– В любом случае, – кивнул Мартин. – Либо так, либо по-другому. Но хотелось бы так.

– А я знаю, как вы хотите назвать своих детей, – лукаво подмигнув, сказала Нелли. – Хорошие имена, постарайтесь всё же подарить их, а не оставить там, наверху.

– Это зависит, к сожалению, не только от нас, – вздохнула Заморючка. – А можно повторить кофе? Он… он… божественный.

– Да, в аппарате на гоночном треке в Рязани был точно такой же, – кивнула Нелли. – С удовольствием.

Её черное платье прошуршало, словно летящая в ночи птица, но уже через полминуты Нелли вернулась с полной чашкой.

– Волшебство какое-то, – выдохнула Алина.

– Как вам будет угодно.