Мертвая топь

Медленно закатывала напитавшийся кровью рукав, разодранный когтями в лоскуты. Кряхтела и шипела от рвущей боли, ползущей по руке.

Малка попыталась отстегнуть ремешок поясной сумки, дрожащие пальцы, измазанные темной кровью, не слушались, соскальзывали. Злобно выругалась про себя и глубоко вздохнула, пытаясь подавить подступившую тошноту. Кожа покрылась холодной испариной, голова закружилась.

Рогдар присел напротив.

– Дай мне руку.

Малка застыла, изумленно, испуганно глядя на него. Отрицательно помотала головой, отсела в сторону и зажалась.

– Малка, я просто хочу помочь.

– Почему?

Благообразие казалось ей дикостью, а дикость – благообразием.

– Не глупи и не трогай рану. Я тебе просто помогу.

Она не шелохнулась. Рогдар приблизился и силой взял ее за раненую руку. Она вздрогнула, застыла, напряглась, словно струна, но уже не сопротивлялась. Смотрела на него, как на диковинку.

Рогдар осторожно убрал от раны изодранный рукав, внимательно осмотрел поперечные порезы, подложил под сгиб локтя вытянутый камушек и согнул ее руку, чтобы замедлить ток крови.

– Держи и не опускай, – велел он и стал рыться в своей поясной сумке. – Пальцами шевелить можешь?

Она быстро закивала.

– Зачем ты меня спас?

– Тупой вопрос.

– Я целилась в тебя. Хотела убить.

– Чушь. Ничего ты не хотела.

– Нет-нет, послушай. Ты мог бы просто остаться в стороне. Отомстить. Но не сделал этого.

– Я не мстительный.

Опустила замутненный от боли взгляд.

– Подумать только. Если бы ты не подстрелил этого кошака… Зар-р-раза.

– Многое, что случилось, могло не произойти.

– Я сделала, как ты говорил.

Он достал связку из сухого белого мха. Заранее собирал его, высушивал и, уходя на охоту, всегда брал с собой немного. Размотал свернутую полоску льняной ткани, оторвал небольшой кусок.

– Что я говорил?

– Говорил горло закрывать.

– Ты всё правильно сделала. – Улыбнулся, но не взглянул на нее. – Иначе рука была бы меньшей из проблем.

Она тихонько засмеялась – впервые за несколько лет. Воспользовался этим, полил на рану воду, смывая кровь. Малка напряглась, стиснув зубы, зашипела и затряслась, пытаясь скрыть боль. Рогдар промокнул воду, наложил сухой мох на рану и плотно перевязал тканью вокруг предплечья.

– До свадьбы заживет, – сказал он и подмигнул ей. – Белый мох будет впитывать кровь и обеззаразит рану.

– Знаю. У меня бабка травницей была.