Стефан Щербаковский. Тюренченский бой

– Река широкая, – невольно возразил капитан, – можно было расстрелять противника на переправе. Зачем допускать его на нашу сторону?

– Довольно рассуждений, господин капитан, – ответил полковник, – мы солдаты, наше дело приказ выполнять.

– Господин полковник, посмотрите туда, – по другую руку от полковника, также в тревоге вслушиваясь и вглядываясь в желтые сопки, произнес полковой священник. – Вон туда, на те, дальние сопки. – И полковник, и капитан стали вглядываться, куда указал им священник. Небо чистое, сопки хоть и были в нескольких верстах, видны были отчетливо.

– Вижу, – уже сквозь зубы повторил полковник.

– Зачем они взбираются на сопку, когда враг у них за спиной, на берегу реки? – этот простой вопрос священника заставил полковника побагроветь.

– Батюшка, – крайне сдержанно отвечал он, – должно быть, таков приказ командования – заманить японцев на сопки.

– Но их убивают, – это священник сказал совсем беззвучно и невольно перекрестился. – Зачем они туда? И наши пушки молчат.

– Видимо, подпускают японцев на прямую наводку, – полковник отвечал, но и по тону было слышно, что он сам ничего не понимает.

Так, в этом ожидании, в этом созерцании далекого боя прошел час. Белые бусинки уже не двигались. Немногие поднялись на вершину. И весь склон, недавно песочно-желтый, точно расцвел подснежниками – так много осталось на нем этих неподвижных бусинок.

Поднимая клубы пыли, к полку с севера приближался всадник.

– Господин полковник, – всадник остановил своего коня прямо у ног полковника, – приказ Засулича – вашему полку идти в контратаку и опрокинуть японцев в реку, – передав приказ, вестовой не медля развернул коня, и точно его и не было.

– Пришел наш час, – ничего не понимая – зачем контратака, почему, где все наши полки? – но услышав, что и его полку пора вступать в дело, полковник перекрестился.

Священник, молодой, двадцатидевятилетний, с густой копной длинных волос, увидев веселый взгляд полковника, сам улыбнулся. Развернулся к солдатам.

– Братья! – воскликнул бодро. – Пришел наш час!

И под гром далеких взрывов, полковой священник отец Стефан прочел молебен перед боем. Солдаты, сняв шапки и склонив головы, слушали, многие повторяли молитву.