Подольские курсанты. Ильинский рубеж

 – Объявляйте боевую тревогу. Немедленно. Формируйте столько батарей, сколько соберете годных орудий. Остальных курсантов – как пехотинцев с винтовками и пулеметами. Задача ясна? – а за распахнутым окном директорского кабинета, всё еще кружится и кружится опадающая листва… И курсанты, с мамами, женами, братьями… А немцы прорвали Западный фронт. Сотни танков и бронемашин, сотни тысяч пехоты… И всё это вот сейчас, вот в эту самую минуту полным ходом движется к Москве по пустому незащищенному Варшавскому шоссе.

– Точных сведений нет, – Стрельбицкий, всё не отрывая взгляда от плаца, где шумела простая человеческая жизнь, всё повторяя – «точных сведений нет» – набрал номер начальника пехотного училища генерал-майора Смирнова.

– Не поверишь, сам тебе набирал, – немедленный ответ. – Слушай приказ. Я сформировал из своих орлов передовой отряд – один батальон (выехал на грузовиках, с минуты на минуту будет у тебя). Усиль его двумя своими орудиями.

– Две пушки? – отвечал Стрельбицкий, – что они могут?

– Ты моих орлов не знаешь. У них и гранаты и бутылки с зажигательной смесью. Так что от тебя две пушки и ребята самые меткие, – и гудки, Смирнов повесил трубку, он всё сказал.

– Пехота, никакого понимания проблемы, – не в силах оторвать взгляда от плаца, от праздника жизни, от того, что вот сейчас он прервет своим приказом и… – Стрельбицкий, уперся ладонями о подоконник.

– Курсанты! Слушай мою команду! – мгновенно мертвая тишина.

– Ура! На фронт! Мама! Наконец-то! На фронт! – разом со всех концов плаца, звонкие, радостные крики – давно курсанты ждали этого приказа, как девушку не ждут, ждали; и дождались – вот она радость!

В едином порыве подхватило, как подхватывает ветром желто-зеленые листья, и курсанты выстроились в ровные ряды; только родные, кто обнимал еще минуту назад своих сыновей и внуков остались там, где стояли, и сказать ничего не успели.

Привычно пламенная командирская речь. Непривычно волнительные лица курсантов. Вопрос, – кто пойдет добровольцем в передовой отряд? – и сотни ног сделали шаг вперед. Все сделали шаг вперед.

Были отобраны лучшие стрелки. И не «две пушки», а две батареи – восемь орудий, цепляли к давно ждавшим грузовикам, а в грузовиках, курсанты пехотного училища.