Солдатская доля. Роман о такой далекой, но такой близкой войне

«Вот человек открытый, для другого свою жизнь отдаст, хороший, душевный Лёха», – мысли о благородстве друга занимали голову Емельяна во время отступления.

Как ни странно, но до цехов добрались все целыми, хорошо помог огонь прикрытия из цехов.

Емельяна осмотрел санинструктор:

– Небольшая контузия, скоро восстановится.

Где-то в глубине цеха под разбитым станком ему отвели место, он сразу же забылся мёртвым сном.

Глава пятая

Речные волны мерно стучали о борта лодки. Рассвет только-только занимался над нестройным рядом деревьев, вокруг стояла тишина.

Емельян грёб веслом, рядом сидела Фрося. Деревянное струганое весло разгоняло утреннюю рябь воды. На фоне природы сибирских лесов, кристально чистого воздуха не ощущалось вовсе никакой войны. Вдалеке, в камышах кричали утки, а земля мигом впитывала в себя росу, сбегавшую с травинок.

Эх, до чего же хорошо и счастливо, как же прекрасна может быть природа… В полной тишине, да ещё и без войны… Воздух небрежно бодрит ноздри, гари ведь совсем не чувствуешь.

Девушка берёт его за руку, в глазах одна мысль: «Милый мой, только мой один, вернулся с войны живой- вот и слава Богу».

Он в ответ: « Конечно, Родная, я же обещал. Теперь у нас общее счастье и лад».

Чьи-то руки трясли его за плечи. Веки открывались неохотно, будто были прибавлены чем-то тяжёлым. Голова плыла, гул, поселившийся после контузии, явно стал тише. Он видел перед собой лишь очертания силуэта в кителе и каске.

– Вставай, Емельян, слышь меня? – громкий бас старшины казался глухим и далёким.

– Слышу, – чуть тихо ответил Злотников.

«Слышу, ведь слышу, чёрт побери! Будем жить!» – мысль пульсировала в висках у Емельяна и придала ему столько сил, что он сразу приподнялся на руках, несмотря на бежавшие в глазах круги.

– Вставай, воин, ещё повоюем, – по-отечески напутствовал Кудрин, оттряхивая запылившийся бушлат бойца.– Айда вон в соседний цех- гречки отведай.

Емельян обрадовался пище, только сейчас вспомнив, что не ел со вчерашнего дня. Возле кухни встретил Мустафу, тот, видя, что у бойца ни ложки, ни котелка, вещмешок пропал на поле боя, дружелюбно поделился. Весь харч уплели минут за пятнадцать.