Тридцать три рассказа об инженерах

Леонтий Шамшуренков следил за всем и отдавал приказания. Натянулись струной сотни прочнейших пеньковых верёвок. Десятки солдат налегли на рычаги, десятки других баграми поддерживали по бокам юбку колокола. Он медленно и грозно выползал из своей ямы на свет божий. В толпе кто-то ахнул в изумлении.

Колокол подняли и аккуратно поставили на деревянный постамент, подготовленный заранее.

Леонтий и Михаил, вполне довольные, обнялись и разошлись каждый по своим делам.

Завтра должно было состояться главное действо: подъём колокола на звонницу.

Но так уж случилось, что на следующий день всем было не до подъёма. В Преображенском приказе кто-то поджёг бумаги, то ли желая скрыть преступление, то ли по неосторожности. Дом вспыхнул. Огонь перекинулся на соседние здания, и вскоре пылала половина Москвы. Это был знаменитый Троицкий пожар 1737 года. Не пощадил он и Ивановскую площадь Кремля.

Царь-колокол упал с горящего деревянного постамента, дал трещину, и от него откололся кусок весом в одиннадцать тонн.

Царь-Колокол поднимают из литейной ямы

Когда пожар стих, Леонтий Шамшуренков пришёл выяснять у начальства, что теперь будет с колоколом. Ему сказали:

– За учинившимся тому колоколу повреждением поднимать его стало не для чего.

Леонтий Шамшуренков тяжело вздохнул, получил свой паспорт и поехал домой.

А жил он в Казанской губернии, севернее Нижнего Новгорода, в селе Большое Поле.

Ему бы успокоиться и заняться ремонтом конской сбруи, но Леонтий не мог.

Он беспрестанно думал об увиденном в Москве.

«Вот если бы все эти кареты, брички и телеги, которыми запружена Москва, стали бы ездить без лошадей, как свободнее стали бы московские улицы», – размышлял он.

Однажды ночью ему привиделось во сне, как карета едет сама по себе, движимая лишь мускульной силой кучера. Леонтий увидел её во всех подробностях.

Он тут же проснулся, зажёг свечу и быстренько набросал на бумаге чертёж.

Леонтий изобразил тележечную раму с четырьмя колёсами и открытый кузов с двумя сиденьями для пассажиров («праздных людей»).

Кузов был подвешен к раме на ремнях, заменявших тогда рессорную подвеску. Переднюю колёсную ось изобретатель сделал поворотной. На задней оси были насажены зубчатые колёса двойного приводного механизма, помещавшегося на специальной площадке позади пассажирских сидений. К этой площадке выводились скреплённые с передней осью передаточные тяги механизма рулевого управления[3 - Николаев А. Горе от ума.