Жениться и обезвредить

 – Еремеев докладывал, у вас тут бандитские разборки на неделе пытались провести?

– Было такое, налетали соколы залётные, – качнул бородой хозяин. – Да тока мы в казну налоги исправно платим, вот и стрельцы твои милицейские вовремя прибыли, не дали в обиду. Уж позвольте вас за то хоть ужином попотчевать. А может, и другим чем…

– Чем именно?

– Да уж не первый год на свете живу, Никита Иванович. Знаю небось, что сам сыскной воевода с парнем своим да Ягой уважаемою просто так в наши угодья и не заглянет. Брыкиным, поди, интересуетесь.

Мы с бабулей переглянулись и промолчали.

– Да о нём тут весь день народец нетрезвый судачит. Тока и разговоров о том, что анисимовский возница дурной смертью помер, а виновна во всём девка приблудная, чернявая. У них вроде прямо любовь была…

Я покраснел и уже начал приподниматься, но твёрдая рука Яги утянула меня за ремень на место. Да чего это я в самом деле веду себя как мальчишка!

– Продолжайте, гражданин.

– А чего продолжать, другого-то и не ведаю, – с сожалением пожал плечами хозяин.

 – Да вы кушайте, кушайте! Ох и тяжела ваша доля милицейская… Весь город гудит, что у сыскного воеводы свадьба на носу, а тут новые преступления. Суженая-то ваша тоже сегодня приехала?

– Угу, – осторожно кивнул я.

– Ну дык ежели столы у нас накрыть пожелаете – за великую честь почту! Уж не побрезгуйте. – Он сам с вежливостью наполнил нам рюмки и провозгласил: – Ну, дай вам Бог! Ещё повезло, что с невестой ничего не случилося, ей ведь в том же обозе ехать довелось? Говорят, молода она у тебя, красива, бровями да волосом черна и фигурою вся… такая… Ох ты ж, грехи наши тяжкие, не может быть? Нешто… она?!!

Мы с Ягой молча поставили невыпитые стопки на стол.

Хозяин вытаращился на нас с очень нехорошими подозрениями, и я почувствовал, что мир рушится – наутро о причастности Олёны к убийству Брыкина будет знать всё Лукошкино. На карьере, работе и браке можно ставить жирный крест, всё летит коту под хвост…

– Вот те крест, Никита Иванович, я – могила… – выразительно осенил себя крестным знамением гражданин Грымов.

 – Чтоб у меня борода отсохла, ежели кому хоть намёком, хоть полсловечка…

– Будь по-твоему, – столь же многозначительно ответила за меня бабка. – Благодарствуем, что посидел с нами, беседой развлёк, дальше и держать не смеем. А мы уж сами долго не задержимся, служба продыху не знает.

– Помогай вам Господь!

– И на том спасибо, а ты о словах-то своих не забывай.