Дочери войны

– А если его не убили? Что, если он расскажет солдатам про нас?

– Говори потише. Нет, Элиза, он мертв.

– Но полной уверенности нет. Вдруг он им что-то крикнул по-немецки, а выстрелы были всего лишь предупреждением?

– Мы бы услышали слова. А так мы слышали крик. Точнее, вопль в промежутке между двумя выстрелами. Говорю тебе, он мертв. Забудь ты про этого Томаса.

– Как ты думаешь, они видели, что нас трое?

В этот момент по камням нижних улочек застучали сапоги.

– Идем дальше, – прошептал Виктор. – Я знаю, куда идти.

Он потащил Элизу по совсем узкому переулку, ведущему к подножию скалы. В самом конце она оступилась и упала. Камешки, задетые ее коленями, шумно покатились вниз по переулку. Сердце Элизы тревожно заколотилось.

– Черт! Как по-твоему, они слышали?

Оба замерли, слушая крики внизу.

– Они слышали, – сказал Виктор, приложив палец к губам.

Теперь он шел впереди. Ступеньками служили борозды, проделанные в скале. Эта опасная лестница вела к крепости троглодитов, как называли систему пещер, вырубленных в здешних скалах.

– Сооружены в двенадцатом веке для противостояния захватчикам с севера Франции, – тихо сказал Виктор. – Поторапливайся.

– Я не хуже тебя знаю историю нашей страны! – возмутилась Элиза. – Будем надеяться, что пещеры уберегут нас от нынешних захватчиков.

Они лезли между гнездами ласточек-береговушек и стрижей.

– Сюда, – пройдя еще немного, сказал Виктор.

Элизе вдруг стало страшно. Никакой опоры под ногами – того и гляди сорвешься.

– Я ничего не вижу, – сердито заявила она.

Виктор спустился и протянул ей руку:

– Тише. Осталось совсем немного. В темноте немцам ни за что нас не найти.

– А ты откуда знаешь про это место?

– Из времен своей растраченной юности, – тихо засмеялся Виктор.

В пещере было сухо. В ноздри ударило зловоние. Должно быть, запах разлагающихся мертвых птиц или каких-нибудь животных. И тем не менее Элиза ликовала.

– Мы же были на волосок от гибели, – сказала она, удивляясь звуку собственного голоса.

– Зато неплохо развлеклись, – добавил Виктор.

Элиза была возбуждена. Она наслаждалась пережитым приключением, хотя где-то на задворках сознания маячила мысль о бедняге Томасе, который наверняка мертв. Но если уж на то пошло, он немец, и они сделали все, что в их силах, чтобы ему помочь. Борьбу с врагами они считали своим долгом и делом чести.