Яжмаг вне закона

Не знаю почему, не спрашивайте. Но это работает, а всё остальное не важно. Ещё недавно мой котодемон был раскатан в прикроватный коврик, так что пусть пьёт, головы он не теряет, хватки тоже, а я пойду-ка открою дверь.

– Я вас провожу, – тут же вскочила девушка. – Вы ведь ничего не видите, бедненький…

Меня так и подмывало сообщить ей, что это как раз таки она в упор не видит очевидного, но не захотел огорчать. Просто вслепую поводил руками в воздухе, и она заботливо поддержала меня под правый локоть. Фамильяр, не удержавшись, прыснул в кулачок, но тоже смолчал.

Когда я по-тихому снял защитные заклинания и позволил Нонне распахнуть дверь, высокий призрак с горящими глазами уже мялся на пороге.

– О милая сердцу старика прекрасноволосая дева! О друг мой, проверенный в славных боях и геройских пирушках! Что за дивный аромат коснулся трепещущих ноздрей моих, стоило мне подойти к зоопарку на Крестовском острове?!

Ну если он на ТАКОМ расстоянии учуял «Марию Стюарт» и примчался сюда в считаные секунды, то зажилить бутылку было бы бо?льшим грехом, чем все остальные шесть, вместе взятые.

Естественно, я пригласил его в дом:

– Гэндальф, здесь всегда рады тебя видеть! Заходи, дружище. Нонна как раз сбегала в магазин, и теперь наконец я на целый год спасён от диареи, Фамильяр – от стыда и совести, а ты – от необходимости говорить дежурные любезности, прежде чем будешь представлен «Королеве высокогорья»…

– Клянусь трубкой Толкиена, набитой добрым хоббитским табачком, твои тёплые слова растопили моё сердце, – столь же церемонно поклонился призрак, серым туманом вплывая в прихожую, откуда, не задерживаясь, тут же сквозанул на кухню.

А я задержался. Потому что магическим зрением иногда видишь то, чего не заметил бы обычным взглядом. В остроконечной широкополой шляпе старика чернела странная дыра размером с царский пятак, и мне это очень не понравилось.

Во-первых, она была зияющая, то есть не имеющая дна, но играющая разноцветными пиксельными искорками по краям.

А во-вторых, я не припомню, чтобы привидению могло хоть что-то нанести такое странное повреждение. Да, пусть не ему самому, а его гардеробу, но всё-таки, всё-таки…

Под присмотром «прекрасноволосой девы» я добрался до кухни, где сел напротив Гэндальфа и стал ждать, когда он уже обратит внимание, что на мне чёрная шёлковая повязка. Типа я слеп. Увы, так и не дождался, пришлось той же Нонне объясняться перед моим старым другом, блаженно занюхивающим первый бокал.