Дневник свободной путешественницы

Последней точкой маршрута становится Верхняя Балкария с ее сторожевыми башнями и разрушенными после депортации аулами. Сначала кажется, что это всего лишь остатки какой-то крепости и только потом понимаешь, что каждый каменный остов – это скелет старого дома, где когда-то кипела жизнь, теплилась печка, рождались и умирали люди, чтили традиции, варили сыр, жарили по праздникам черных барашков, сушили фрукты…Поистине, никогда не знаешь, на каком участке пути судьба сделает крутой поворот.

Рядом протекает горная река, чьи воды к маю уже серые и мутные от тающего снега с ледников, а характер становится все более необузданным и диким.

Она как будто торопится, хочет кого-то догнать и никогда ей это не удается…Наверное, в этом бесконечном беге мы похожи. Иногда мы бежим к своей цели, иногда от себя, иногда просто по инерции, потому что привыкли куда-то бежать.

Но только здесь понимаешь, как важно иногда остановиться, глубоко вздохнуть, закрыть глаза и просто принять то, что тебе было дано, есть сейчас и будет дальше.

И поплыть по течению своей судьбы-реки, потому что так нужно.

Кисловодск

Кисловодск – это длинные сарафаны и шляпки; кофе на песке с миндальным печеньем; белое вино, пахнущее шершавой айвовой кожурой; пузырьки нарзана, бьющие в нос; ажурные здания курортного бульвара.

Сниженный градус пафоса в знаменитом с советских времен кафе Снежинка, где можно хватать пальцами горячие пончики в сахарной пудре.

Десятки терренкуров по парку, каждый из которых ведет к красивым видам и кавказскому долголетию.

Литры айрана, круги адыгейского сыра и копченого сулугуни, гирлянды из суджука, букеты из базилика, кинзы и тархуна на городском рынке. Хычины, осетинские пироги, чебуреки и прочая диета, призванная снивелировать пользу от целебной воды и кислорода.

Ощущение себя неторопливым курортником. Гудящие ноги после многокилометровых прогулок.

Воздух, который хочется положить в чемодан, чтобы увезти домой.

Цветущие клумбы, розовые кусты, задумчивые каштановые аллеи.

Уличные музыканты, которым подпевают местные собаки.

Размеренная жизнь частных домов, тянущихся вдоль ущелья и утопающих в алыче и яблонях.

Желание остаться или хотя бы вернуться. Нет, все же вернуться.

Уллу Тау

Легенду о горе Уллу Тау я услышала весной во время экскурсии по Баксанскому ущелью.