Стреляй, напарник!

Приходилось чуть ли не глотать слова от спешки, ведь хрущёвка всё ближе, а рассказать надо ещё так много. Саша шёл рядом, улыбался, поддакивал, кивал время от времени, поддерживая разговор. Сам же лихорадочно думал, как напроситься с ней за компанию к экстрасенсу, офис которого находился в той самой новенькой пристройке.

Ещё утром он планировал пересечься с Надей перед её встречей с подругой. Но после казуса с салоном красоты решил форсировать события, опасаясь новых осложнений из-за женской неопределённости.

– Ох, слушай! – прервал он Надин словопоток. – А что это за офис? Ты сюда идёшь?

– Здесь приёмная Эммы Гордеевны, признанного экстрасенса и медиума. Мне назначено.

– А зачем тебе экстрасенс? Ты что, хочешь на суженого погадать? Так ты говорила, что замужем.

– Нет, Саш. – Надежда вдруг стала очень серьёзной. – Понимаешь, у нас в семье что-то странное происходит. Даже не знаю, стоит ли тебе об этом говорить.

– Ну! Раз уж начала, то жми до конца.

Женщина взглянула на свои часики. Как видно, до назначенного часа ещё оставалось время, и она решилась на откровение.

– Хорошо! Только, пожалуйста, не считай, что я сошла с ума.

Опустив детали, попробуем передать её рассказ. В одну из ночей супружеская чета Карпухиных была разбужена их же собственным сыном.

– У нас привидение, – как заведённый повторял сын, забравшись к маме на колени и прижимаясь к ней всем телом, как испуганный щенок. Надежда, как могла, попыталась успокоить сына, объясняя ему, что привидений не бывает, что ему это только приснилось, что он уже большой мальчик и не должен ничего бояться.

– Бывают, – возразил сын, указывая пальцем на стену. – Вон оно ползёт.

Мама проследила за его взглядом и замерла. Свет уличных фонарей падал из окна на стену, образуя на ней светлый прямоугольник, словно экран проектора. Так вот по этому прямоугольнику поднималось тёмное пятно, силуэтом напоминающее медузу.

– Се-рё-жа-а! – Вопль перепуганной жены подбросил главу семейства над кроватью, прогнав напрочь сон и нервные клетки.