Возрождение из пепла

Там работают трое почти взрослых, они быстро выкопают. А её Татьяна управляется одна. Её десятилетний внук Васька, не надёжный помощник. Сын с внуком ушли на фронт. Моросит мелкий дождик. За его пеленой скрывается озеро, соседние дома, улица и окрестные поля. Мелкие капли осеннего дождя плавились в мутной воде тихого озера, шелестели в увядшей картофельной ботве, разжижали и так слякотную почву поля. Капли скапливались и скатывали с поникших спин женщины, парня и девчушек. Тяжелели их старенькие пальтишки, замерзали ручки.

Парень копал торопливо, откидывая картошку ближе к ведру. Женщина, сгорбившись, таскали набранные клубни картофеля, пряча их лёгкий сарайчик, за поленницей дров. Четырнадцатилетняя девочка старательно очищала картошку, пока парень не прикрикнул на неё.

– Ленка, бери только крупные картошки и не обтирай их, времени нет. Всёровно с собой много не заберём, тяжело нести, и немцы близко.

Их младшие сестрёнки-близнецы, трёх лет тоже подбирали картошку, высматривая клубни в серой грязи. Они старались помогать старшим.

Помощи от них было чуть, но девчушкам было страшно оставаться одним в пустом доме. Там в каждом углу притаилось по чудовищу, а ветки берёзы так противно скребут по стеклу.

– Вальке с Танькой пора бы в избу бежать. Толку от них нет.

– Хоть не мешают и то хорошо – отозвался парнишка. Он торопливо собирал картошку, вырытую братом, и помогал матери таскать наполненные вёдра. Серёжке хотелось походить на Мишку, которого отец, уходя на войну, оставил вместо хозяина.

Ноги увязали в грязи всё сильнее, руки отказывались удерживать картошку, наступившая темнота мешала отличить клубни от комка земли.

– Хватит на сегодня, хоть бы это сохранить – скомандовала наконец Мария.

На соседних огородах также заканчивали выкапывать картошку. Топились печи, дым смешивался с сырым горьковатым воздухом, лениво поднимался к небу.

На ужин мать поставила по кружке молока, по паре картошек и по толстому ломтю хлеба. Серёжка ещё луковицу достал, выпросил у матери по яичку.

– Ешьте, – разрешила она, – вам расти надо, неизвестно ещё, что впереди будет. Немцев вряд ли удержат, полсотни километров всего им осталось до нашей деревни.

Девочки притихли, придвинулись ближе и осторожно разбили яйца не о лоб друг дружке, а о край стола. Сережка подобрал крошки со стола не только перед собой, а захватил и половину сестёр. Висячая лампа освещала только стол. Деревянная кровать, широкая лавка и стены с рамками фотографий прятались в темноте.