Колдун на завтрак

Но если эту же (чтоб её в третий раз!) шишку мне решит поставить кто-то другой, да ещё по-подлому, сзади, исподтишка, – то вот тут-то злодей и ощутит всей плоскостью носа тяжёлый кулак верного Прохора! И я не оговорился – после удара старого казака там действительно будет именно «плоскость носа». Впрочем, сейчас речь не об этом…

– Ну заходи, заходи, Иловайский, – сурово поприветствовал меня мой знаменитый родственник по отцовской линии казачий генерал Василий Дмитриевич.

Я молча вошёл, поклонился и начал расстёгивать мундир.

– Ты чего это?

Я аккуратно снял китель, сложил его согласно уставу, постоял так, на миг задумавшись, а снимать ли белую рубаху…

– Ты чего это тут разнагишался, как вшивый в бане?! – уже с достойной нотой раздражения начал недоумевать дядюшка.

Я жестом попросил его убраться с оттоманки, снял-таки рубаху, лёг ничком и тихо попросил:

– Только по голове не бейте.

– Иловайский, ты… что, совсем уже?! Я тебя…

– Ваш ординарец сказал, чтоб я бежал немедля, ибо вы в гневе! Прохор то же самое подтвердил, а раз такое дело, так смысл тянуть? Всё одно поротому быть… Бейте!

– Ну ты… будет врать-то.

 – Дядюшка, кажется, опять позволил себе впасть в чисто детские обиды. – Вставай, те говорят! Ишь чё удумал, можно подумать, я тя тока и зову затем, чтоб бить!

– В подавляющем большинстве случаев, – горько подтвердил я, не вставая.

– А вот и врёшь!

– Есть свидетели.

– Что?! – уже побагровел он, лихорадочно ища, где, куда сунул свою дорогую нагайку с рукоятью в серебре, плетённую из бычьей кожи и тяжёлую в ударе, как берёзовое полено.

 – А ну зови их сюда сей же час! Всех зови! Я с ними по-своему, по-свойски перебеседую, как я тя, стервеца, кажный раз тока и делаю, что бью!

– Это приказ? – приподнялся я. – То есть могу идти выполнять?

– Какой приказ… Да тьфу на тебя, Иловайский, совсем заморочил голову старику! Я ж тебя не за этим звал, а по службе.

– Тогда рад стараться. Чего надо-то?

– Кофе подай. – Генерал бесцеремонно турнул меня с оттоманки и тяжело сел, расстегнув три верхние пуговицы мундира.

 – Слыхал небось, что вчера из табуна полкового две кобылы пропали?

– Не-а, мне и с вашим арабом на конюшне проблем хватает. Не поверите: то убери у него, то выкупай, то сено замени, то хвост расчеши. Хорошо ещё кофе не просит… капризная скотина…

– Так вот, о чём я? – к счастью не особо вслушиваясь в мою болтовню, продолжал он. – А сегодня с утра ещё трёх коней недосчитались.