Ирод

Монарх попрал закон отцов, и гнев честных иудеев возгорелся на него!

– Царь не только Богу слуга, – возразил государственный деятель Птолемей, – но и главный политик державы!

-Может, законы отцов не гибки, – с сомнением бросил Ахиаб, – а, скорее, это вы, священники, в лоб трактуете их!

– Да разве потрафить великому Риму, владыке и защитнику нашему – не на пользу иудеям? – заметила Шуламит.

– Я просил, но не получил понимания, так хоть терпения наберитесь дослушать! – рассердился Маттафия.

– Говори, священник, виноваты мы, помешали тебе, – извинился за всех Птолемей.

– Продолжу. Жили в Иерусалиме два уважаемых законоучителя, мир праху их, наставляли молодежь. Когда занемог Ирод, подумали сии мудрецы, что ослабла власть царя, и выдался удобный случай сорвать орла с ворот храма. Подзадорили они учеников и вместе с ними разрубили языческий знак топорами.

– Варвары! – не вытерпела Шуламит.

– Угомонись! – одернул Маттафия, – а я продолжу.

Братец твой, ненавистник праведников, не больно-то недужен был. Арестовал юношей и законоучителей, пытал их, но смельчаки не раскаялись. “Вы же знаете, я обязательно казню всех вас, так почему лица ваши радостны?” – спросил Ирод героев. “После смерти нас ждет большее счастье, ибо мы исполнили древний завет!” – так ответили смельчаки. Ирод обезглавил восставших, а учителей их предал огню.

– Мне жаль безрассудных недорослей! – вставил Ахиаб.

– То не безрассудные недоросли, – сердито ответил первосвященник, – а зрелые мужи, хоть и молоды они годами! Не жалость, а слава пристала великанам духа, избравшим подвижническую смерть в юности, заместо старческого угасания!

– О, Маттафия! Неужели из-за нескольких срубленных голов ты отвергаешь величие царя? – изумился Птолемей?

– Только я? – забывшись, громко вскричал первосвященник, – поколения и поколения мудрецов, а с ними иудеев простой веры, отвергнут величие Ирода, ибо ложно оно! Пепел сожженных законоучителей стучит в сердце народа!

– Ты громогласен, Маттафия, – шепнула Шуламит, – на нас гневно поглядел наследник трона.

– Шива – не место для споров. Давайте поговорим за упокой души усопшего, – примирительно сказал Ахиаб.

Глава 2

Важный пост прокуратора Иудеи – восточной провинции Римской империи – занимал Эдумей. Сына своего, молодого честолюбивого Ирода, он поставил губернатором Галилеи, одной из подвластных ему областей.