Воскресенье. Книга вторая

В ее голове все еще рвались снаряды, а 20 летняя девочка пыталась убежать от настигавшей ее смерти, каждый раз ценой неимоверный усилий избегая ее. Женя подошла к реке, взглянув на свое отражение в воде при лунном свете.

На нее, широко расставленными глазами, смотрела девочка, упрямо поджавшая губы и нахмурив брови, с темными локонами до плеч. Просто советский участковый, который ничего не видел в собственной жизни. Женя коснулась воды рукой, нарушив спокойствие глади озера. Где то проухала сова и девушка испуганно вздрогнула.

Маленькая Соня Ройзман сама, в одиночку, вычисляла националистов. Лена Ракицкая, Рузиля Гарифуллина, Лигита, Арвид, Вика и другие рыли окопы под обстрелом вражеских самолетов, а вы, Евгения Марковна? Чего сможете вы? Смогли бы вы проявить такую же отвагу и тащить незнакомца через весь город, под огнем вражеской авиации? Она не знала. Жена не могла ответить на этот вопрос, как бы ни старалась. Перед собой она была предельно честна.

– Женя… – девушка испуганно вздрогнула и едва не упала в воду, – Нина успела схватить ее за руку.

– Чего пугаешь так, а, Нина Ивановна?! – Проворчала Женя, сверля девушка исподлобья. – До инсульта довести хочешь?

– Нет, я испугалась просто, – виновато опустив голову, пробурчала Нина, теребя подол белого, ситцевого платья, – Жека, – она подошла к берегу и взяла подругу за руку, – скажи, а ты смогла бы меня убить? Просто…

– Да, смогла бы, – спокойно ответила Женя, глядя на безмятежную темную воду финского озера, – если бы видела, как ты мучаешься и корчишься от боли, да, я бы тебя застрелила.

– Ты думаешь, она…

– Она не убийца! – Воскликнула Женя, глядя в большие глаза Нины Ивановой. – Я ее видела, я же смотрела… этот взгляд, нет, она… Она не могла, там что–то произошло, но что – непонятно, – раскрасневшись от волнения, Женя смочила руки холодной водой и коснулась лица. Закрыв глаза, она присела у берега.

– Жень, пойдем.

– Слушай, Нин, – опустив глаза на воду, спросила Женя Круглова, вдруг, насупившись, – а где твой Бог? Ты же верующая, правда, ведь?

–Я…

– Тогда ответь мне, как там, наверху, решают, кому жить, а кому умирать?

– Я… Жень, это…

– Это, по какому такому правилу? – Голова Жени медленно развернулась к Нине. – Вы же нас называете христопродавцами, так давай, объясни мне, почему одни сволочи по земле ходят, а другие гниют в могиле?

– Женя.