Воскресенье. Книга вторая

Ракицкой казалось, что она уже слышала вражескую песню, а минометный снаряд только и ждет, чтобы забрать, утащить ее в глубокую, темную яму.

***

– Уф, – воткнула лопату в сухую землю Рузиля и вытерла пот со лба. Солнце в зените пекло так, что обжигало ноги сквозь резиновые сапоги. Еще 10 человек, рывших окопы на этой стороне моста, в изнеможении уселись в тени, отложив лопаты, – яшьлек еллары яна. Копай, давай. Враг придет, покажет тебе, как танцевать, – шмыгнула она носом, снимая белый платок.

– Я устала, – толстые, красные мозоли высыпали на руках Лены, сделав их черствыми, как наждачная бумага, – я ими только на пианино играла. Эх, сейчас бы белого хлеба, да со сгущенкой, да варенье у бабушки, – мечтательно воскликнула Лена, сладко потянувшись и поправив ворот светлой рубахи. – Да, Рузиля?

– Да, с?йл?м?, – поджав губы, ответила татарская девушка, придирчиво осмотрела зеленые, обвисшие штаны и хлопнула по ним руками, – сижу тут, как этот, кем ?ле… Гав… Гав…

– Гавриил?

– Юк.

– Мальчик? С пальчик? – Рассмеялась Лена, закрываясь руками от напавшей подруги.

– Сейчас нос тебе откушу твой! – Повалила татарка Лену на землю и схватила за шею.

– Ааа, убивают, повторное нападение татарского ханства! – Кричала Лена, тщетно пытаясь вырваться. – Долой хана Хубилая, вся власть Советам!

– Ай, собака, – рассмеялась Рузиля, отпустив девушку, – пойду, могилу свою проверю, – поднялась девушка, но Лена схватила ее за ногу, в шутку обхватив ее руками.

– Руза! Мой священный татарский друг! Останься! Душа стонет, петь без тебя невмоготу! Свет погаснет, о, Руза–дереза!

– Ай, дура что ли совсем? – Стеснительно оглядываясь на обедающих рабочих, проговорила Рузиля и вырвала ногу. – Бала да инде, – тепло сказала она, опускаясь в вырытую яму, – ничего, нормально, да? – Крикнула девушка.

– Да, – сидя на песке, Лена схватила маленький камешек и метнула в видневшуюся на поверхности макушку татарки, – гы–гы, в яблочко.

– Я тебя сейчас! – Грозно крикнула Рузиля, но рост не позволял ей самостоятельно выбраться из окопа. – Вот блин, а! Утер?м бит!

– Я ничего не понимаю, – спокойно ответила Лена, разворачивая мешочек с обедом, – говорите громче, вас не слышно.

– Девчата, у вас соли не найдется? А то мы свою забыли, а нам не привезли, – к ним подошла худенькая девушка в белом, ситцевом платье и стеснительно пожала плечами.