Казак в Раю

– Рахиль, ничего не знаю, вставай!

– Таки не могу! Вы же сами видели, жестокосердный подъесаул, как мелкий гад изъязвил меня шприцом в пятку! Что, кстати, больно…

– Рахиль, имей совесть, ты хоть дамочка стройная, но всё равно килограмм под сорок пять, на руках не натаскаешься… Плюс твой автомат!

– И какие назрели предложения?

– Давай… ты пройдёшь хотя бы часть пути на четвереньках.

Вот тут краса и гордость мотострелковых сил Израиля соизволила распахнуть глаза, дабы попытаться испепелить предприимчивого умника на месте.

У храброго казака было только одно обезоруживающее оружие – он улыбнулся…

Как и следовало ожидать, вся зловещая комната озарилась мягким светом, а госпожа Файнзильберминц вновь почувствовала, что просто тает. Где-то на далёких задворках разума она прекрасно понимала реальную опасность такого положения вещей. Надо было срочно вырабатывать какое-нибудь сильнодействующее противоядие от этой казачьей улыбки. Иначе через пару дней она на два голоса начнёт распевать с ним «Любо, братцы, любо!», а все её предки по материнской линии перевернутся в гробу со страшной силой… Рахиль резко потрясла головой, отгоняя навязчивые видения, и быстро нашла разумный компромисс:

– А давай навьючим мной этого бодрого старца, в его годы полезны физические упражнения.

– Со штангой, но не с бревном, – хладнокровно парировал эльф. – Судя по тому, как синхронно вспыхнули щёки вашей многоречивой подруги – действие транквилизаторов постепенно сходит на нет.

У неё чертовски здоровый организм! Ей вкачали не менее пары кубиков, а она поднимается на глазах и даже успешно морочит нам головы мнимой слабостью. Где вы раздобыли такое чудо? Как говорил великий наставник Циншуй: «Она уже выпила три чаши отборного вина и всё ещё не замочила губ!»

Иван, присвистнув, натянул фуражку козырьком на нос, но, как ни странно, ожидаемого взрыва со стрельбой и обвинениями в антисемитизме не произошло.

Израильская военнослужащая бодро встала, оправила белый балахон, вскинула «галил» на плечо и заявила:

– Я, между прочим, вообще не пью! Но суть не в этом – мы можем идти куда угодно, лишь бы там был ночлег и вкусно покушать. Все разборки – на неопределённое потом. А сегодня я таки всех прощаю!..

Босая пятка девушки грозно пристукнула по опрокинутому шкафу, недомерки-инопланетяне разом прекратили шевеление, выжидая время.