Веселый Рай

Жить хотелось и приходилось выжимать из себя все, что можно. Кроме страха в моей голове мелькали мысли.

Первое, что я начал вспоминать, это кто я, и что происходит. Не найдя решения, я продолжал бежать еще быстрее. Второй вопрос, что я задавал себе, это зачем же я бегу? И вообще это же сон, вспомнил я, может, не стоит бежать? Ведь во сне это не смертельно.

Я резко остановился и повернулся к врагу. То, что я увидел, привело меня в замешательство. Страшное уродливое лицо зверя, крокодил, смешанный с жабой и то был бы прекрасней.

Зверюга имел довольно приличное человеческое тело. Я уже стал думать, что зря остановился. Зверь разинул пасть, которая стала расти, стремясь меня накрыть и проглотить.

В ужасе я проснулся, тяжело дыша сел на кровать, рука потянулась, я достал стакан с водой, заранее приготовленной самому себе на ночь, и отпил несколько глотков.

В голове гудело, но мне было не до ощущений. Я переживал, и чтобы успокоиться, позвонил Леноре. Хоть и было три часа ночи, но мне нужен был собеседник.

Я поискал глазами «мобильник». Он, как всегда, лежал на ночном столике. Сил не было протянуть руку, так что пришлось воспользоваться голосовыми командами.

– Набрать номер, отвечай!

– Слушаю вас, сер, – прозвучал в ответ металлический синтезированный голос.

– Набери-ка мне Ленору, 458754.

– Непременно, как изволите.

Я любил приколы, так что мои вещи боли полны фамильярности, даже кухонный комбайн пел у меня частушки.

– Алекс, это ты? Больше нет таких идиотов, которые могли потревожить меня среди ночи, – послышался раздраженный голос Леноры из мобильного телефона.

– Прости, милая, что потревожить тебя.

– Ты всегда так говоришь, а все равно звонишь.

Я знал, не смотря на грубый тон, что она не очень то злится на меня, наверное, она меня любит, раз все прощает. Даже то, что мы никак не могли довести свою привязанность до дворца бракосочетаний. Дело не в том, что я не хочу жениться. Напротив, хоть сегодня, но брак требует определенных условий, таких как иметь детей, а я боюсь из-за своей черной болезни, чтобы дети тоже не страдали.

Конечно, есть много выходов: жить бездетными, например. Но это лишь на первый взгляд, Ленора женщина, значит, прирожденная мать, и рано или поздно ее изнутри будет грызть совесть. Скажу честно, я не хочу, чтобы она страдала.

– Алекс, ты меня слышишь, – оторвала меня от мыслей Ленора, – тебе опять, наверное, плохо, отвечай?!

– Приступ только миновал, я не могу даже пошевелиться, так меня ломит.