Три дня на перекрёстке

Только работай и зарабатывай… А вот ты и твоё окружение, сохранили все «достижения» прошлого – то есть, «форма» почти не изменилась, но «содержание» претерпело резкий переход, и наполнилось кучей «новинок». Привилегии у «вас» почти те же, но возможности стали гораздо, гораздо шире. Океанские яхты, частные самолёты, эксклюзивные автомобили, люксовая одежда, часы и сумки по цене квартиры, огромные особняки, во многие комнаты которых, «вы» ни разу за жизнь, так и не зайдёте. Безумно дорогая еда, кучу которой «вы» высокомерно выбрасываете.

Но самое омерзительное, «вы» на голубом глазу уверены, что деньги и привилегии наделяют «вас» не правом! Нет! Обязанностью! Требовать «верности» от плебса, работающего на «вас», и дозволяют «вам» – яро демонстрировать гордыню, высокомерие и чванство. И поучать, поучать, поучать народец, не столь преуспевший в коллекционировании денежных знаков, – Иван брезгливо улыбнулся, – что здесь, что там, «вы» причисляете себя к неприкасаемым.

– Ты ненавидишь меня за моё «происхождение»? – Карина прервала Ивана.

Казалось, она вот-вот заплачет.

– Ты что, нет, конечно! Ты мне нравишься. Прости меня, я чрезмерно увлёкся, очерчивая перспективы твоего радужного будущего, – Иван понял, что слишком гадко изобразил элиту, на которую, по правде, ему было плевать, – ещё раз, прости. Меня занесло.

– Это ты прости меня – за «моё высшее общество». Теперь я знаю, какой я точно не хочу быть! – Карина накрыла своей ладонью кисть Ивана.

Первым порывом Ивана было – вырвать руку из-под ладони Карины.

Он испугался.

– Всё это абсолютно ненормально! – подумал Иван и мысленно перекрестился. А вслух, как можно более ласковым голосом, добавил, – если бы мы встретились, когда мне было как тебе сейчас, я бы в тебя точно влюбился. А ты бы – меня послала. Я из простой семьи, мои родители научные работники. А ещё я – приезжий. В твоей терминологии – лимитчик…

– Да наплевать мне на это, – Карина, своими согнутыми в «замок» пальцами, лишь сильнее сжала кисть Ивана.

– Позволь мне договорить…

– Если ты опять про лимитчиков и номенклатурное высокомерие, я, в конце концов, могу и обидеться! – девушка изобразила серьёзное лицо.

– Нет… Мне 53… – пытался сосредоточиться Иван.

Карина молчала, и сердилась. Её злила «принципиальность» Ивана: «Ну что он сейчас придумает? «Я тебе в отцы гожусь»?» А вслух добавила:

– Технически, тебе сейчас 19. А в 2022 мне будет 52.