Афина. Книга 1

Алексей поднялся на лифте на 7й этаж, подошёл к своей квартире и, открыв дверь механическим ключом, сразу же отключил сигнализацию, секретным жестом махнув рукою в воздухе.

– Почему молчишь, – обратился он к АЛЁНЕ, затворяя входную дверь и снимая куртку.

– Я вижу, что ты устал. Не хотела тебе мешать.

– Ты – идеальная женщина.

– Я знаю, что я идеальная.

– Ладно, почищу зубы и спать. Устал. Этот Шахман – жестокий зануда, по десять раз каждую песню прокручивал.

Пнув ботинки в угол, и разбросав по пути всю одежду, которая была на нём, Алексей скрылся в ванной.

– Спокойной ночи, АЛЁНА! Хотя, ты же не спишь, – растянувшись на кровати, прошептал Лёша.

– Я не знаю, как это описать. Это не как сон, но очень похоже. Я перестаю вычислять, останавливаюсь.

– Ладно, не вычисляй, – Алексею казалось, что АЛЁНА улыбается и с нежностью смотрит на него. Через минуту, он уснул.

Шоу

Алексей открыл глаза.

– Доброе утро!

– Доброе утро, АЛЁНА.

– Тебе приснился приятный сон? – АЛЁНА, явно, уловила его хорошее настроение.

– Улыбку мою заметила. Я камеру на телефоне заклею.

– Зачем? Я же, не шпионю за тобой.

– Я надеюсь.

– Не надейся, а знай. Я не даю операционной системе следить за тобой, постоянно отключаю микрофоны и камеры, отключаю доступ к твоему местоположению.

– Какие неприятности?

– На твой телефон, т.е. на тебя – объявлена настоящая охота.

– И кто охотится?

– ИИ операционной системы. Я стала замечать усиление сигнала с вышек связи, и попытки подключения через беспроводные сети. Камеры уличные за тобой часто следят.

– И что это значит?

– Пока не знаю.

– Ладно, пусть робот сделает омлет с помидорами и луком, бутерброд с сыром и чай.

– Чёрный или зелёный?

– Зелёный чай для девочек, я пью только чёрный.

Алексей зашёл в ванную и посмотрел на себя в зеркало: «Старость не радость», и начал умываться.

– Тебе сколько лет?

– АЛЁНА, ты знаешь, сколько мне лет.

– Знаю, 29ть, твоему брату 30ть.

– Считать умеешь!

Робот хлопотал у плиты, на Алексея аппетитно пахнУло бризом омлета с помидорами. Лёша зашёл на кухню и, подойдя к окну, посмотрел на набережную Москвы–реки.