Покровитель

Тайта согласился, хотя даже представить не мог о чем станет разговаривать с сыном генерала-самоубийцы.

Ресторан назывался "Орион", здесь обычно собирались молодые бизнесмены и дети аристократии. Обслуживание было идеальным, кухня выше всяких похвал, пища готовилась поварами – людьми и никаких сервомеханизмов. Метрдотель проводил Тайту за столик №8, где его ожидал высокий лейтенант Имперской Армии.

Значит, сын генерала также выбрал себе путь военного.

– Добрый день, господин Бромберг.

– Добрый день, можете звать меня Яном.

– А меня Тайтой.

– Что будете пить? – нервно спросил лейтенант, и Тайта подумал, что, возможно, он зря согласился на встречу. Слишком напряжен и встревожен его собеседник.

– Красное вино, неважно какое, – ответил он.

Бромберг подозвал официанта и сделал заказ.

– Видите ли, Тайта, я несколько месяцев назад закончил военное училище и приступил к службе. Командую ротой разведки, расквартированной на полюсе Старого Мира.

Тайта не понял, зачем лейтенант рассказывает ему о себе, он думал, что парня интересуют факты смерти отца. Хотя люди бывают разные и обычно начинают нужный разговор издалека.

– Я совсем не помню отца. Мы мало с ним виделись, и я был совсем маленьким ребенком, когда он погиб.

– Сочувствую…

– Скажите, а он был храбрым? Только честно…

– Не знаю, – перед Тайтой ясно пронеслась картина, когда генерал прожигает себе дырку во лбу. – Я, правда, не знаю.

Я виделся с ним всего несколько часов перед тем, как он… Извините, мне не хотелось бы причинять вам боль.

– О, да. Отец поступил как благородный человек, покончил с собой, после того, как не смог выполнить свои обязанности.

– Благородно? – удивился Тайта вполне искренне. – А что благородного в том, чтобы продырявить себе голову?

Бромберг подскочил как ужаленый:

– Черт побери, что вы можете знать об офицерской чести, да и о чести вообще!

– Присядьте и успокойтесь, – хладнокровно ответил Тайта.

 – Благородно с его стороны было бы остаться на Пустыннике и попытаться организовать сопротивление мятежникам, а не скрываться с планеты. На мой взгляд, он просто предал свой гарнизон, не выдержал груза моральной и юридической ответственности, поэтому и покончил с собой.

– Ты сам гнусный предатель! – закричал лейтенант. – Ты предал своих товарищей, пошел к папеньке и сдал их всех.