Жонглёр

Над шкиперской бородой и широким лбом светлоглазого англичанина на тулье чёрной фуражки господствовала кокарда из скрещённых якорей и короной над ними. Он еле кивал, слушая доклад. Фирсанов понял, что это шанс! Ведь так запросто капитана ему никогда не поймать.

– Сэр! – обратился он к мужчине в форме. – Вопрос жизни и смерти.

Подобного рода людей, с горящими глазами, погруженными в себя, сотни, если не тысячи, в любом порту мира. Но молодой человек говорил эти слова так проникновенно, что старый морской волк дрогнул.

– Подданный Её Величества? – поинтересовался моряк.

– Российской Империи.

– Прошу, – коротким жестом предложил пройти перед ним по трапу.

Расположившись в кают-компании, хозяин показал стюарду два пальца. Буквально через минуту появился поднос с чашками, с чайником, сахарницей и молочником. Немногословный капитан жестом предложил Фирсанову угощаться. Хотя даже мысли о еде были ему отвратительны, он решил, что отказываться нелюбезно, и налил себе чашку. Капитан добавил себе сливки.

– Слушаю вас?

– Мне необходимо в Южную Африку, – без витиеватых объяснений выложил свою задачу Леонид.

– Прямо сейчас? – поинтересовался бородач, сделав глоток из чашки.

– Да.

– К сожалению, не могу вас обрадовать. Мы выйдем только в понедельник, порт назначения Лоренцу-Маркиш[6 - До 1975 года название нынешней столицы Мозамбика – Мапуту.] в Мозамбике. Это двадцать пять градусов, пятьдесят четыре минуты южной широты. До границ Южно-Африканской Республики рукой подать, но уже не нашем судне.

– Я согласен.

– На что? – опешил капитан.

– Плыть…

– Идти. По морям и океанам только ходят, а плавает… сами знаете что и где!

– Я согласен идти, – с напором повторил Леонид, – туда матросом вашего судна.

– Ваша морская специальность? – после паузы, спросил невозмутимый капитан.

– Такой нет, – опустив голову, сообщил Фирсанов.

– Ваша сухопутная специальность.

– Студент третьего курса юридического…

– Можете не продолжать, Никакой. Юноша, я не могу взять вас на борт ни матросом, ни юнгой, ни кем бы то ни было другим.

– Я могу заплатить, – упорно цеплялся за свою мечту Фирсанов.

– Я не приму ваших денег. Не хочу брать грех на душу. Советую вам помириться с вашей пассией и не морочить никому голову.

– Это не из-за неё… А что, это так заметно? – ещё ниже опустив голову, прошептал Лёня.