Cудьба и долг

Умывшись с дороги и переодевшись, Александр спустился на второй этаж, где прислуга накрывала уже к обеду стол, сервируя его фаянсовой посудой, дорогой и изысканной редкостью.

Раннее, монополией на изготовление фаянсовой посуды обладала Италия, где под названием майолики её производили в городах Урбино, Фаэнца[14 - От названия этого города, произошло привычное – фаянс], Губбио. Впоследствии один дворянин из итальянского города Савона, по имени Контад, поступил на службу к герцогу Неверскому Карлу III, и основал в 1608 году в Невере мануфактуру итальянской керамики, став, таким образом, родоначальником школы французского фаянса.

Шаньи задерживался. Де Бриан уже успел обойти всю комнату, рассмотреть гобелены, на которых были изображены сцены на мифологические и библейские сюжеты, портреты с какими-то бородатыми рыцарями и кавалерами, облачённых в латы и старомодные костюмы, наверно представители рода де Морон и картины с батальными сценами.

Здесь же висел портрет, который привлёк особенное внимание Александра.

Коллекция оружия, тоже была оценена по достоинству. Она была побогаче, чем его собственная, в замке Бриан. Здесь находились образцы оружия, о котором Александр даже не слышал, и чудной какой-то кожаный ремешок, весь утыканный длинными разноцветными перьями.

Де Бриан заскучал. Он уже окинул взглядом дородную служанку с огромным бюстом и необъятной талией и бёдрами, ничего, что лет на десять – на двадцать старше его, и уже подумывал как бы увлечь её в одну из комнат.

Наконец, Шарль спустился. Он был одет в новый испанский камзол, инструктированный серебром. Вместо привычной боевой рапиры, на его бедре покоилась шпага с позолочённым эфесом, через плечо была перекинута широкая перевязь, также расшитая золотом. На ногах были обуты лёгкие, мягкие сапоги, более подходящие для ходьбы по дворцовым паркетам, а не для верховой езды или лазания по горам или через лес.

– О, Шарль, тебя и не узнать!

– Извини, что заставил ждать. Решил помыться и переодеться с дороги. Врачи Древнего Египта считали мытьё трижды в день, залогом здоровья и долголетия. А у нас в Европе? Бани утратили своё гигиеническое значение и превратились в дома свиданий, и священники вынуждены с амвонов своих церквей, запрещать своим прихожанкам их посещать.