Cудьба и долг

В его глазах, когда он провожал взглядом прислугу, которая проходила мимо него, неся еду на стол де Бриану, плескался целый океан зависти.

Когда Педро раскупорил бутылку вина и наполнил кружки, ещё один вздох, долетел до слуха Александра. Повинуясь какому-то порыву, он перевёл взгляд на этого дворянина и обратился к нему:

– Сударь, не будете ли вы столь любезны, и не окажете ли мне честь, разделить со мною эту скромную трапезу.

Лицо дворянина вытянулось от удивления, оно выражало гордость и голод, но было столь распологающе-простодушно, что Александр улыбнулся, подтверждая своё приглашение.

Было что-то в этом человеке такое, что нравилось ему. А то, что он без гроша в кармане и не может позволить себе даже скромный обед, ни о чём не говорило. Гордость не позволяла ему попрошайничать, но красноречивые вздохи говорили сами за себя. Голод оказался сильнее. И дворянин с готовностью пересел за стол к де Бриану. Педро наполнил ещё одну кружку, протянул её этому здоровяку.

Незнакомец единым махом осушил кружку и посмотрел на Бриана.

– Благодарю вас, сударь. Вы очень любезны. Позвольте представиться – Шарль де Фонтене.

– Рад с вами познакомиться. Барон Александр де Бриан.

– О, барон…

И Фонтене окинул взглядом не броскую, скромную одежду де Бриана, задержав свой взгляд на родовом перстне.

– Нет, вы не думайте. От моего баронства осталась лишь череда предков, баронский герб и титул. Мой родовой замок заложен, но у меня пока есть немного денег и я хочу разделить этот обед с вами, сударь.

Говоря так, Александр не кривил душой. Денег оставленных ему отцом и полученных от Зоргэса, осталось не много. И он пока отклонял предложения Шаньи располагать его кошельком, как своим собственным. Александр не отчаивался, он был молод, полон оптимизма и жизнерадостен, и верил в то, что всё образуется само собой. Он не заглядывал далеко в будущее, живя, да как и большинство молодых людей, сегодняшним днём, в будущем видя себя прославленным полководцем, знатным и богатым, окружённым почётом и уважением.

– Благодарю вас, барон. Вы благородны. Видите ли, так получилось, что я остался без денег, полностью проигрался, к чёртям собачьим. Я в Париже всего неделю, приехал из своего полка, из-под Ла-Рошели, чтобы уладить кое-какие семейные дела.

– Да, я всё понимаю. И теперь предлагаю нам не мешкать, и быстро уничтожить этих кур, паштеты, сыры и другое, пока они ещё окончательно не остыли.