Смелая стража

Женщины и старики в деревне плетут сети. Есть в деревне также и каменотесы. Их небольшое селение стоит прямо на берегу. Они обрабатывают камень для строительства. По хозяйству кто просит помочь, ступку например, сделать, помогут. А также делают из камней украшения. Работа эта очень тяжелая, но и платят за нее хорошо. Приблизившись к деревне, путники увидели разницу с Этароном своими глазами. Еще на подъезде к деревне можно было любому человеку догадаться, что она рыбацкая, по запаху, стоявшему в округе. Сама деревня представляла собой весьма унылое зрелище.

Угрюмые, покосившиеся строения. Разбитые, неухоженные дороги, мусор. Сильный запах рыбы и морской соли. Ветер развивает рыбацкие сети, развешенные тут и там. Остановившись перед воротами в деревню, Терлес взглянул на Смора. Тот морщился и чесал нос.

– Рыбки не желаешь а, Смор?

– Думаю после этой деревни рыбу вообще есть в жизни не буду, – ответил тот.

– Потерпи, я только узнаю кое-что, и мы от суда сразу ускачем.

Вот только боюсь, что в самой деревне вонь сильнее будет.

И Терлес не ошибся. Как только они пересекли ворота и первые строения, как их накрыла вся гамма запахов, присущая разным стадиям свежести рыбы. Рыбьи головы, хвосты, потроха стояли в бочках вдоль дороги и возле домов. А местами валялись прямо на улице. Люди все больше угрюмые, тоже слегка кланялись, но не улыбались. Одеты и мужчины и женщины были в плотные куртки и брюки серого цвета. Многие носили шапки из такой же ткани. Местным в такой одежде ветер был не страшен, а Терлеса и Смора продувало сильно.

Долго не раздумывая, они направились к деревенскому голове и, проехав пару улиц уже стали привыкать к запаху. Смор даже перестал прикрывать нос рукой. Деревенский голова встретил их на пороге своего дома. Внешне он мало чем был лучше остальных домов в округе. Поясок его был столь грязен, что Терлесу составило труда узнать ее настоящий цвет – желтый.

– Приветствую больших гостей, – громыхнул он. – Приглашаю в мой дом прознатчика и его сопровождающего.

Терлесу надо бы оставить Смора на улице, чтобы он занялся наблюдением, но он сжалился над молодым кучером.

– Ты идешь со мной Смор, но в доме ни слова не говоришь. Только по сторонам смотришь и слушаешь, понятно?

– Нем как рыба, – ответил Смор, и слез с коня.

Как только они спешились, их коней увели в стойла, а голова вошел в дом, оставив дверь открытой.

Обстановка в доме этого головы не блистала изяществом. Деревянная мебель иссохла и перекосилась.