Кто он?

Пить хочешь?

Мальчик хлопнул густыми, чёрными, чуть загнутыми к краям ресницами, прикрывая светло-серые мамины глаза, и тут же ему в губы уткнулась ложка с водой, которая стала смачивать его потрескавшиеся губы. Девушка методично наполняла ложку водой из большой жестяной кружки, которую держала в руке, и аккуратно выливала ему в рот.

Потом она ушла и появился серьёзный дядя в белом халате с помятым как после долгого лежания на подушке лицом. Доктор сел на соседний стул, взял руку мальчика и стал смотреть на свои часы, считая пульс.

Затем показал резиновый молоток и попросил последить за ним взглядом влево-вправо, вперёд-назад. После что-то поделал возле его ног и спросил:

– Чувствуешь?

Алёша ничего не чувствовал.

– Плохо, – сказал доктор и спросил, что он помнит.

Алёша честно рассказал, что ехали домой с дачи, впереди был зелёный грузовик, который повернулся к ним боком, они в него ударились, а потом он открыл глаза уже тут.

Доктор сказал:

– Понятно. Ну что же, отдыхайте, молодой человек, а я загляну к вам попозже.

– Зина, а вы возьмите все анализы, – обратился Алёша к девушке.

«Наверное, медсестра», – подумал он.

Такие же молодые девушки, в белых халатах и косынках, делали ему прививки в поликлинике и школе.

Мальчик полежал ещё немного с открытыми глазами, но утомлённый мозг быстро погасил сознание. В следующий раз, когда он открыл глаза, был день. Лампочка на потолке не горела, а рядом сидела баба Маша, легко уместившая его маленькую руку в своей большой.

– Бабуля, – обрадовался мальчик, – как хорошо, что ты приехала! А мы попали в аварию!

– Я знаю, – сказала бабушка.

– А где мама и папа? – спросил Алёшка.

– Нет у тебя больше мамы и папы, – ответила баба Маша и отвернулась к окну.

– А где они? – спросил Алёшка, ничего не понимая.

Бабушка рассказала, что во время аварии их очень сильно сжало повреждённой машиной, и это чудо, что он выжил.

Алёшка в свои неполные девять лет ещё никогда не сталкивался со смертью, но понял главное, что маму с папой он больше никогда не увидит.

Глаза мальчика наполнились слезами, а нос неожиданно стал мокрым. Послышались лёгкие всхлипывания, переходящие в неудержимые детские рыдания неподдельного детского горя, как в детском саду, когда он потерял любимую игрушку.

Алёша впервые отмечал Новый год не дома. Как раз накануне праздника с него сняли все бинты, и он мог двигать руками и головой. А вот ноги до сих пор не чувствовал.