Становление Магистра: по следам Верхомага. Продолжение истории: «План Суккуба»

Знаешь, – обратилась она к Виктору, – твой отец такой тяжёлый на подъём!

– Знаю, – ответил гость, – но мы это изменим. Отец слетает в Черногорию и вернётся обновлённым человеком!

– Ну, раз такой подарок, надо ехать… чи лететь, – закряхтел отец, показывая, что он рад подобному отношению и заботе, а ещё, в его сознании потихоньку пошли тонкие изменения…

В это день отец с дядей опрокинули ещё по пятьдесят, и больше никто спиртного не пил. После сытной трапезы Виктор раздал подарки, а затем – вместе с папой и Толиком – отправился на прогулку по родным местам.

Это была настоящая большая деревня: между домами шла широкая просёлочная дорога, а участки от дороги отделяла приличная зелёная зона, вдоль которой петляла тропинка для пешеходов. Тут же, вдоль дороги, росли яблони, груши, сливы, алыча… там-сям пробегала домашняя живность, среди которой можно было наблюдать уток, гусей, кур и даже индюков. Подобных мест в родной Виктору Латвии просто не было.

Александр закурил и философски произнёс:

– Да, не ожидал, сынок, что ты мне сделаешь такие дорогие подарки.

Сказав это, отец глубоко затянулся и выпустил большой клубок дыма.

– На здоровье, – ответил Виктор. – И это я не про курение. У меня появились хорошие возможности, а посему, не помочь вам с мамой было бы верхом чванливости!

– Шо цэ таке, чванливость? – с забавной интонацией спросил батя.

– Ну шо тут непонятного, сын имел ввиду, что это было бы с его стороны невежливо, не по-семейному, – поучительно объяснил дядя, пусть и сам понимал значение слова чванливость поверхностно.

– Пихато по-нашему, – вставила слово Света, переведя на украинский.

– Понятно, – ответил отец и в очередной раз неспешно затянулся.

– Хорошо тут у вас, атмосферно, особенно для меня, как для приезжего горожанина, – сказал Магистр глядя по сторонам.

– В Риге, шо, гусей по городу не бегае, – пошутил отец и тихо рассмеялся.

– А ты, наверное, немного жалеешь, что уехал из Риги? – спросил Виктор отца.

– Та-а… есть немного, но здесь моя родная хата, здесь мне и помирать.

– Хм, помирать. Витюша, вразуми хоть ты отца, что в 56 жизнь не заканчивается. В эти годы зрелость только начинается! – бодро воскликнул Толик. – Вот, смотри, мне уже 62, а таких мыслей как у твоего отца и близко нет!

– Так у тебя семья: жена, диты, внуки, пенсия хорошая, – прокомментировал Сашка.