Сын льва

– Только сейчас я поняла, как же ты мне дорог.

– Тогда докажи мне это! – Кувлад подхватил девушку на руки и вынес из купальни в пиршественный зал, а оттуда в роскошную спальню, в которой уже курились ароматные благовония, дурманящие разум.

Каста мечтала забыть обо всем, что ей довелось пережить в этот вечер, и ее мечта почти сбылась. Кувлад был необыкновенно нежен, его руки мягко скользили по ее телу, и Касту захватила настоящая страсть. Сегодня она старалась быть покорной и подвластной своему любовнику – Кувлад однажды то ли в шутку, то ли в упрек сказал ей, что она ведет себя в постели как мужчина.

Этой ночью ей очень хотелось быть слабой и беззащитной. Пусть Кувлад ласкает ее, любит ее, защищает ее, владеет ею. Она хочет, чтобы их последняя ночь запомнилась ей надолго. Пусть ночь любви заставит ее забыть о виденном в Чумных Рвах…

– Нет, милый, не так, – шепнула она, когда поняла, что Кувлад собирается войти в нее сзади. – Я хочу видеть твои глаза.

Кувлад подчинился, и они вновь оказались лицом к лицу.

Каста теперь видела его глаза, но странно – ей показалось, что это другой Кувлад, не тот, кого она знала все эти месяцы. Во взгляде юноши было не только желание. Касте показалось, что Кувлад растерян. Что он чего-то боится. Его руки были нежными и умелыми, но глаза были пусты.

– Ну давай же! – зашептала она, потянув любовника на себя. – Или ты устал? Клянусь Шантэ, ты никак не можешь поднять свое копье, чтобы поразить цель!

– Нет, я всего лишь…

– Пустяки, милый. Хочешь, я помогу тебе? – Каста кончиками пальцев нежно провела по обмякшему мужскому достоинству Кувлада.

– Это все вино. – Кувлад вдруг перекатился на постели, встал, накинул расшитый халат. – Прости, милая. Я выпил слишком много вина сегодня.

– У нас еще много времени. – Каста игриво улыбнулась, тряхнула своей пышной светлой шевелюрой, похлопала ладонью по ложу рядом с собой. – Все можно исправить.

– Прости. Я должен покинуть тебя… ненадолго. Я вернусь, и мы продолжим.

– Как хочешь, любовь моя.

Кувлад исчез за тяжелой драпировкой, скрывающей дверь в опочивальню. Каста откинулась на подушки, закрыла глаза. Неудовлетворенное тело требовало разрядки, низ живота наполнился мучительной тяжестью. Вздохнув, Каста положила ладонь на живот, потом ниже, на промежность, почувствовала, как по телу пробежала дрожь, но тут же отдернула руку – сама мысль о том, что она добьется освобождения таким способом здесь, в постели Кувлада, показалась ей унизительной.