Сага о Рорке

– А этот парень разумен и знает, что делает, – пробормотал Браги, отходя от Боживоя, – с таким нужно держать ухо востро. Я, кажется, его недооценил.

Едва Браги отошел от ложа Рогволода, какой-то человек в нагольном кожухе вынырнул из толпы слуг за спиной Боживоя и что-то зашептал княжичу на ухо. Лиц Боживоя помрачнело.

– Ты уверен, что его нет в городе? – спросил он человека в кожухе.

– Так, княже. Весь Рогволодень обегали, с ног сбились. Знать, в лес он подался. Там его не достать, ночью-то.

– Достану. Лес велю поджечь, а достану. Ужо не увидит… Ступай, награду потом получишь.

– Князь что-то шепчет, – вдруг воскликнул Ольстин.

Четвертый сын князя, Ведмежич, оттолкнув слугу, рванулся к умирающему, склонился над ним, пытаясь разобрать, что же пытается сказать Рогволод. Прочие же, движимые любопытством, приблизились к самому ложу, прислушивались.

– Отойдите вы! – крикнул разгневанный Боживой, отталкивая самых пьяных.

– Батюшка, молви что-нито! – молил Ведмежич, всматриваясь в лицо Рогволода, но князь только шевелил губами, и невозможно было понять, что же он хочет сказать окружающим.

– Уже и голоса нет, – вздохнул кто-то. – Вборзе[62 - Вборзе – скоро.] помрет…

– Дай мне! – Боживой оттолкнул брата, сам склонился над отцом. – Батюшка, скажи свою волю, не уходи, не передав стол. Предотврати споры, передай стол по закону.

Боживой заметил, что будто гнев осветил восковое лицо Рогволода, чуть заметно задрожали мускулы на щеке. Вновь князь принялся беззвучно жевать губами, но никто ничего не услышал.

– Увы, с таким же успехом можно вопрошать скалы дракенборга! – вполголоса произнес Ринг.

– Княжич, не тормоши его! – взмолился Ольстин. – Дай ему помереть спокойно.

– Пошел прочь, холоп! – злобно бросил Боживой, вновь склонился над умирающим. – Батюшка, именем Сварога и Хорса заклинаю – говори!

– Погоже так обмирающего пытать, – зашептались в толпе, – слаб он, а может, и разумом скорбен стал.

– Молчать! – вступился за брата Горазд. – Никто не знает воли богов. Захотят боги, болезнь уйдет от отца. Боги все могут.

– Замолчите все! – крикнул побледневший Боживой. – Он говорит, клянусь Ярилом!

– Тебе почудилось, брат, – с сочувствием промолвил княжич Радослав. – Никто ничего не слышал.