Как мы с Вовкой. На Юг. Книга вторая

Что вы понимаете в хорошем вине, извините меня, конечно, но сегодня я опять угощаю, – возразил дядя Вахтанги.

– Надо всё равно в город съездить. Купить что-нибудь к столу. А то как-то неудобно выходит, – сказал папа, когда все разошлись после завтрака.

– Как хочешь, – ответила мама. – Лично я хочу ещё поспать.

В итоге папа с дядей Вахтанги поехали в город, а мама отправилась отдыхать. Мы же с Вовкой решили сегодня выпытать у деда Матвея какой-нибудь рассказ.

Чуть позже мы отправились его искать.

– Поищите в саду, – посоветовала баба Нюра, – наверняка валяется в своём гамаке.

Именно там мы его и нашли.

– Здрасте, дед Матвей, – поздоровались мы.

– О! А вы чё не на море?

– Да папа в город поехал, а мама отдыхает. Вот мы и шляемся без дела.

– С чего это она устала? Вроде только отдыхать приехали, а уже отдыхает от отдыха, – удивился дед.

– Дед Матвей. А вы нам расскажете про войну?

– Отчего же не расскажу? Расскажу, конечно.

Дед привстал с гамака, достал папироску, чиркнул спичкой и задумчиво, как будто вспоминая, посмотрел вверх и начал…

– Было это в году сорок третьем.

– Вы на самолёте летали? – поразился Вовка.

– Слушай и не перебивай, а то я запутаюсь в фактах. Значит, дело было аккурат в августе, как сейчас. Собрался я на боевой вылет. Командир так и сказал мне: «Матвей. Нужно срочно доставить секретный пакет, а кого я окромя тебя могу послать? Ты же у нас самый ас». Уважали меня.

Дед Матвей сделал многозначительную паузу и посмотрел в небо, видимо, как будто высматривая там сокола. Мы тоже посмотрели, аж пока глаза не заслезились, но так ничего и не увидели.

– Значит, так, – продолжил дед, – еду я через лес, а темень такая, что ни черта не видно.

– На самолёте через лес? – удивился я.

– При чём тут самолёт? – удивился теперь дед.

– Ну вы сказали: «Заправляют, значит, полный бак бензина, вручает командир мне этот пакет и говорит: «Лети, мой сокол».

– А-а-а-а. Тьфу ты! Я же говорю, запутаете. То была другая история про лес. Я её вам потом расскажу.

Сажусь я в кабину, секретный пакет за пазуху, включаю зажигание и, значится, полетел. А дело было ночью. Тоже, между прочим, ни черта не видно. Пришлось лететь по звёздам. На Большую Медведицу. Фары-то включать нельзя, немцы заметят.