Мой дядя Адриано

За долгую жизнь у Джудитты сформировалось определенное понимание идеи семьи, и она не собиралась его менять. Даже внуки знали – если возникает какая-то проблема или нужно купить что-то для дома, сперва надо спросить бабушку Джудитту. Помню, однажды вечером я поздно вернулся домой – тогда мы жили в одной квартире. Бабушка Джудитта не спала, услышала, как я вошел, позвала меня, велела сесть на край кровати и спросила, есть ли у меня девушка. Я кивнул. «Но как ты сможешь пригласить девушку на танцы, если у тебя до сих пор нет прав? Завтра получишь права, а потом мы выберем машину».

Каким отцом был Адриано? Мне всегда было интересно это узнать. Я играл с его детьми, рассказывал им сказки о волшебниках и феях, как делал бы любой хороший отец, но со стороны трудно понять динамику отношений между родителями и детьми. Литература и психоанализ знают много примеров таких отношений – драматических, а иногда и трагических. Достаточно вспомнить Пабло Пикассо и его близких, о чем прекрасно пишет внучка художника, Марина Пикассо, в своей книге «Дедушка», чтобы понять – это очень сложный вопрос, на который до сих пор нет однозначного ответа, а семейные неурядицы легко могут подтолкнуть кого-то из домашних к безумию.

Обычно дети известных людей страдают от навязчивого и временами невыносимого бремени славы своих родителей, и в случае с Адриано нельзя сказать, что слава обошла его стороной. Я ощутил это бремя как нечто совершенно незначительное, но я его племянник и хорошо представляю, каково пришлось его детям. Прежде всего потому, что дети Адриано тоже решили связать свою жизнь с миром шоу-бизнеса, тем самым рискуя каждый день сталкиваться с гигантской тенью отца.

Когда у меня еще и в мыслях не было писать эту биографию, я вдруг разговорился на эту деликатную тему с Розитой, старшей дочерью Адриано. Этот разговор сохранился у меня в виде заметок, которые я делал для статьи по случаю семидесятилетия дяди. Давайте посмотрим, что мне тогда сказала Розита, ее рассказ поможет познакомиться с неизвестной доселе фигурой Адриано-отца.

Одно становится ясно сразу – Розита, возможно, меньше всех пострадала от бремени его славы.

«С папой никогда не было до и после. Мне часто задают этот вопрос, но я отвечаю, что не могу сказать, в чем разница между известностью и анонимностью, когда я родилась, папа уже был знаменит, я всегда видела его в окружении поклонников, друзей или на экране телевизора.