Крах

Я подпишу, печать шлепну, иди, служи, через два года приходи на экзамен.

– Бред какой-то! – выпалил Валентин.

– Что-о-о? – медленно вставая со стула, прошипел начальник автошколы.

– Бред, говорю, какой-то, – повторил Валя.

– Не бред, а порядок такой. Будешь права качать, вообще отчислю! – заорал на строптивого курсанта чиновник. – В канцелярию иди за справкой! – хлопнув ладонью по столу, закончил он разговор.

В канцелярии женщине-секретарю пришлось все пересказывать заново, иначе она отказывалась писать справку.

Когда наконец-то до нее дошел смысл происходящего, она залилась таким смехом, что Валентин невольно задумался о ее психическом состоянии. «Нормальная контора, – подумал он, – один бухает средь бела дня, другая ржет, как лошадь, без причины. Сумасшедший дом, а не автошкола».

– Что, прямо так и сказал? Хоть через три года? – вытирая слезы, переспросила хохочущая секретарша.

– Сами спросите, – буркнул Валентин. Она встала и направилась в сторону кабинета начальника.

– Не советую, кажется, я сильно его разозлил, – попытался остановить ее проситель.

– Поучи меня. Жди здесь, – неопределенно махнув рукой, проигнорировала предупреждение секретарша.

Валентин вышел вслед за ней в коридор. Без стука и очень уверенно секретарь вошла в кабинет своего руководителя. Автошкола находилась в подвале сталинской пятиэтажки, стены были основательными, и услышать, что происходило за дверью, не представлялось возможным. В коридор долетали только неразборчивые звуки разговора, ведущегося на повышенных тонах, причем начальник, судя по всему, в чем-то оправдывался.

Несколько минут длилась перепалка, потом дверь неожиданно распахнулась, и Валентин не сразу узнал секретаршу. Лицо женщины было перекошено злобой.

– Алкаш несчастный! – глядя прямо на Валю, крикнула она, хлопнув при этом дверью так, что с косяка упала штукатурка. Валентин глупо оглянулся в поисках «несчастного алкаша», не про него же она это сказала.

– Что встал? Заходи, – услышал он из канцелярии. Стараясь быть как можно тише и незаметнее, он прокрался в кабинет и сел на стул, стоящий прямо у двери.

Женщина со злобой что-то писала, фыркая на выбившийся из прически локон черных волос. Дописав, она подняла взгляд на Валентина.

– Напомни, как там тебя?

– Матвеев Валентин Борисович.

Вписав в бланк его данные, она поднялась и пошла обратно к начальнику, бросив Валентину: «Жди». Ждать пришлось недолго, уже через полминуты в коридоре снова хлопнула с силой дверь.