Тюдоры. «Золотой век»

Как говорит энциклопедия:

«…Неизвестно, действительно ли эти строки сочинил Генрих VIII, но красивую легенду берегут, – и принято считать, что прекрасная незнакомка в зеленом платье и есть леди Анна Болейн…»

Текст баллады, если кому интересно, есть в Приложениях – а мы пока двинемся с нашей историей дальше.

II

Анна Болейн сводила мужчин с ума. Как она это делала – вопрос хрестоматийный, и ответ на него, пожалуй, столь же хрестоматиен. Все самым исчерпывающим образом обьясняет английское выражение «sex appeal», которое не имеет удачного русского эквивалента.

«Призыв пола» – дословный перевод – совершенно не звучит, да и выглядит каким-то замшело-аптечным.

А в случае с Анной Болейн ни о какой замшелости и речи идти не могло.

Молодой придворный короля Генриха Томас Уайетт ухаживал за ней, рискуя жизнью – причем выражение это следует понимать не в фигуральном смысле, а совершенно буквально. Нрав Генриха VIII был уже известен, а влюбленный поэт, зная, что за Анной Болейн ухаживает король, писал даме своего сердца такие строки[9 - Все стихи Томаса Уайетта даны в переводах Г.

 Кружкова, взятых из его восхитительной книги «Лекарство от Фортуны», похвалить которую в достаточной мере у меня не хватит слов.]:

О своей госпоже, которую зовут Анной

Какое имя чуждо перемены,

Хоть наизнанку выверни его?

Все буквы в нем мучительно блаженны,

В нем – средоточье горя моего,

Страдание мое и торжество.

Пускай меня погубит это имя, —

Но нету в мире имени любимей.

Можно предположить, что она его ухаживания поощряла. Вот строчки из сонета, написанного им уже потом, когда все было кончено:

Хвала Фортуне, были времена

Иные: помню, после маскарада,

Еще от танцев разгорячена,

Под шорох с плеч скользнувшего наряда,

Она ко мне прильнула, как дриада,

И так, целуя тыщу раз подряд,

Шептала тихо: «Милый мой, ты рад?»

Доказать, что стихи посвящены именно Анне Болейн, я не могу, но она оставалась его любовью на всю жизнь, да и похоже все это на леди Анну.

Лорд Перси, на которого она обратила внимание более серьезным образом, от любви к ней буквально спятил.

Так что чему ж удивляться, если Анной Болейн увлекся и король? Он сделал в ее сторону, что называется, «заход» – как правило, этого хватало с головой. И желание короля было законом, и сам он в свои 35 был завидным кавалером, высоким, сильным, с превосходным вкусом ко всякого рода светским забавам вроде музыки или маскарадов.