Смерть всегда рядом

Нас радушно встретили до зубов вооруженные милиционеры, а также женщины финансовой части МВД Чечни.

К двенадцати часам ночи было выпито все, что стояло на освещенном свечками столе. Как всегда, не хватило. Александр Николаевич вытащил портмоне: «Найдите еще водки». Бойсар, так звали одного из служивых министерства внутренних дел, вызвался решить проблему. И, несмотря на сомнения жаждущих, которые не были высказаны вслух, но легко читались на лицах, он справился с непосильной задачей. Буквально через час он ввалился в квартиру с огромным баулом, в котором весело звенели бутылки с суррогатным пойлом.

Утром в аэропорт «Северный» нас отвез на своей машине Шарани. Именно там тогда находилась комендатура Грозного. Комендант встретил нас приветливо, но выполнить просьбу, которая заключалась в том, чтобы доставить нас в Моздок, отказался.

– Поймите меня правильно, не хочу отвечать за вас. Нисколько не исключаю, что машину могут подбить из гранатомета где-нибудь на выезде из города.

Мы вышли из кабинета в полном неведении, что еще можно предпринять, чтобы выбраться из воюющей Чечни. Страшко улетел, Шарани уехал, высадив нас в аэропорту. Даже комендант отказался выполнить, как мне казалось, пустяковую для его должности просьбу. Наверняка, ему уже успели доложить о наших с Новосельцевым контактах с местными, что не могло ему понравиться. Слишком свежи были воспоминания о больших потерях федералов при танковом штурме чеченской столицы.

Лично я не видел никакой зацепки, которая могла бы дать хотя бы смутную надежду на выход из создавшегося положения. Стал подумывать о том, чтобы найти способ вернуться обратно в Грозный, где можно переночевать в пустой квартире, ключи от которой лежали у меня в кармане.

Александр Николаевич, завидев кого-то из окружения Страшко, поспешил к нему. Скорее всего, чтобы попросить о помощи. Я же, прекрасно понимая, что от меня в этой ситуации толку никакого, покинул здание, будучи абсолютно уверенным, что и вице-президенту не подвигнуть знакомого ему офицера на то, на что не решился сам комендант города.

Я тихо смолил сигарету, уставившись в огромных размеров палатку, предназначение которой было очевидно по красным крестам на белых полотнах, прикрепленных к брезенту. Из нее вышла на перекур группа офицеров в белых халатах, надетых поверх военных форм.