Саркофаг. Чернобыльский разлом

– Секундочку, – попросил я, останавливаясь на перекрестке.

– Что случилось?

– Хочу сфотографировать светофор.

– Вы что, никогда не видели светофора? – съязвил капитан.

– Такого не видел не только я, такого не видел никто.

– И что же в нем особенного?

– Вы только посмотрите на эту странную картину: ни одной машины, ни одного пешехода, а он исправно переключается с зеленого на желтый, а потом на красный. Как он работает? Город-то обесточен. И кому дает дорогу, кого просит задержаться?

Несколько недель спустя, когда я уже был в Москве и проходил углубленный медосмотр, врач поинтересовался, вижу ли я сны, и если да, то какие?

– Меня преследует светофор, – честно признался я.

 – Причем неисправный.

– Что значит, неисправный?

– Каждую ночь он вспыхивает в голове, но почему-то без зеленого глаза. Он все время предупреждает и запрещает, предупреждает и запрещает… К чему бы это?

– К тому, что надо лечиться, – вздохнул врач.

Месяца через два светофор погас, так и не пытаясь зажечь на моем пути зеленый свет.

Но это было позже, значительно позже… А пока что мы шли по проспекту Строителей и любовались недавними новостройками: одна сторона проспекта уже застроена, а на другой – котлованы, стены в три-четыре этажа, замершие краны, брошенные бульдозеры.

Идем дальше. Проверяем, насколько надежно заколочены подъезды, смотрим, нет ли выбитых окон. Есть! Два окна на четвертом этаже. Но они не выбиты, а просто распахнуты. Беззаботно полощутся занавески в веселый горошек, на балконе после стирки развевается детская маечка.

А по соседству, вне всяких сомнений, жил рыбак: вся лоджия увешана вяленым судаком.

– Стоп! – поднял руку дозиметрист. – Здесь моя точка. Надо произвести замер.

Он тщательно измерил уровень радиации на асфальте, на земле и даже в метре от нее. Разница большая, на земле уровень радиации гораздо выше.

– Порядок, – удовлетворенно вздохнул дозиметрист. – Сегодня на несколько делений меньше, чем два дня назад.

На улице Героев Сталинграда всполошился старшина Киричек.

– Открыта дверь почтового отделения!

Действительно, наружная дверь нараспашку, но внутренняя заперта надежно.

– А как со сберкассами, банками, ювелирными магазинами? – поинтересовался я. – Не было желающих их посетить, пока на весь город три милиционера?

– Не было. А если и были, то до Припяти не добрались. Вы в угрозыске спросите, там наши коллеги работают днем и ночью, а раз работают так напряженно, значит, дел немало.