Провокатор

Тогда она выпустила брошюру под названием «Ключ», где объяснила, что сюжет романа взят из действительной жизни, и даже указала на живой оригинал, с которого взяла черты своего «дяди Тома».

– Министр Внутренних Дел определил воспретить розничную продажу номеров газеты и журнала «Гражданин».

17. У библиотеки

Зубов уже подходил к библиотеке, когда из её дверей вышел Павел. Спрятавшись за тумбу с цирковыми афишами, которые сообщали о новой программе братьев Никитиных, скором приезде клоуна Дурова и приглашении в Москву укротительницы мадемуазель Заниды с дрессированными львами, Сергей увидел, как он незаметно осмотрелся и, не увидев ничего подозрительного, шагнул на тротуар.

Зубов смотрел ему вслед, пока Павел не скрылся в толпе. Минуту-другую он топтался на месте, а потом решительно направился к библиотеке.

18. По пути к Солдатову

Слежку за собой Павел заметил очень быстро. Филёр не отставал и не приближался. В этом не было ничего удивительного. Это ещё раз подтверждало, что за библиотекой ведётся постоянная слежка.

Всё нормально. Сейчас главное – не показать, что ты чего-то опасаешься. Ты просто гуляешь. Хотя нет, в данном случае это не подходит. Ты просто спокойно идёшь по делу. А дело у тебя в университете. Ты идёшь и обдумываешь, как будешь решать это дело, какие аргументы приведёшь в свою пользу.

Павел вдруг остановился как вкопанный. Перед ним в витрине фотоателье на углу Калашного и Большой Никитской висел портрет Ирины. Он не сразу понял, что стоит перед той самой мастерской, владелец которой когда-то фотографировал их с Ириной и Сергеем на бульваре.

«Но он же обещал!» – вскипел Павел и решительно распахнул дверь. Звякнул колокольчик.

Из глубины ателье показался мастер с очками на лбу.

– Чем могу служить? – произнёс он с дежурной улыбкой и тут же узнал посетителя.

– Вы же обещали… – с возмущением начал Павел.

– Каюсь, – перебил его фотограф, – каюсь. Обещал. Но не сдержал своего слова. Посмотрите, – он провёл по сторонам рукой, и Павел увидел, что на всех стенах ателье висят портреты Ирины.

– Ну знаете! – задохнулся Павел, но фотограф вновь его перебил:

– Вы мне запретили выставить в витрине фото, где вы были втроём, чтобы не компрометировать вашу даму. Но то, что её одну нельзя выставлять, внутри ателье, вы мне не говорили.

– Вы поступили неблагородно, – отрезал Павел.

– Согласен, – покорно признал фотограф, – но она так прекрасна, что я невольно нарушил данное вам слово.