Сказание о героях 1000 поколений

оставили здесь самый древний по времени и самый нижний по залеганию слой, затем стоянка опустела, а через несколько тысяч лет сюда пришли другие люди и оставили новый слой, и так далее до самого позднего по времени и верхнего по залеганию слоя. Видимо, эта многослойность является следствием ледниковых оттепелей, которые приносили южнорусским морям и рекам то великие потопы, то великие засухи. В переходные периоды, когда моря и реки входили в доледниковые берега, Южнорусские степи восстанавливали свой растительный и животный мир.

Азовское и Черное моря связаны проливами с мировым океаном, который, по закону сообщающихся сосудов, вносил свои коррективы в масштабы разливов и пересыханий этих морей. Правда, Азовское море, в силу своей мелководности, в периоды засухи высыхало до дна, но это не приводило к чрезмерному обмелению Дона. Уровень воды понижался незначительно, река сама себе пробивала русло по сухому дну Азовского моря и впадала в море Черное через Керченский пролив.

В периоды засухи, которые, в сущности, были следствием очередных разрастаний ледника, на Русскую равнину приходило похолодание. Людям требовалась теплая одежда. Они охотились на пушных зверей и использовали их меха для изготовления одежды.

О населении Среднего Дона верхнего палеолита можно судить по находкам из пяти погребений: двух мужчин (один молодой, другой постарше) и троих детей, один из которых – младенец.

Человеческие останки молодого мужчины относятся к началу верхнего палеолита (42 тыс. л. н.), по антропологическим показателям напоминают современных папуасов. Их отличал невысокий рост (160 см), узкое лицо, широкий нос. Очевидно, этот мужчина был одним из продолжателей рода палеоантропов среднего палеолита. Это подтверждает и технология обработки камня, применявшаяся на ранних стоянках в Костенках.

На стоянках периода 40-24 тыс. л. н. найдены многочисленные следы человеческой деятельности. Из ископаемых человеческих останков найдены захоронения младенца и одного ребенка постарше. Они не были кроманьонцами, принадлежали к народам каких-то южных племен.

Останки пожилого мужчины и одного ребенка немладенческого возраста относятся к кроманьонскому типу и периоду, когда в этих краях господствовала тундра (23-18 тыс. л. н.).