Кровь на алмазе «Шах»

Разве и нам следовать его примеру?

– Я вам назову великого человека и императора Наполеона, который за свое вторжение в Россию поплатился потерей престола.

После этого Аббас-мирза подозвал к себе Грибоедова и почти на ухо стал нашептывать ему о Паскевиче. Расспрашивал о степени его власти и может ли он убавить некоторую часть своих требований и заявил, что есть два рода главнокомандующих – одни на все уполномоченные, а другие с правами ограниченными. Какая, наконец, власть у генерала Паскевича?

– Большая, – ответил Грибоедов.

 – Но чем она больше, тем больше ответственность»[119 - ЦГИА Груз. ССР, ф. 11, д. 20, л. 12 -13.].

Аббас-мирза часто оборачивался к занавеси, за которой сидел Аллах-Яр-хан, и сказал Грибоедову: «У вас тоже не одна воля. В Петербурге одно говорят, Ермолов – другое. У нас был муштеид для мусульман, а вы для возбуждения против нас армян отправили в Эчмиадзин христианского архиепископа Нерсеса»[120 - ЦГИА Груз. ССР, ф. 11, д. 20, л. 13.]. Затем снова вернулись к обсуждению условий будущего мира.

Аббас-мирза хотел, чтобы русские отошли к Карабаху, а он в Тебриз. Нахичеванскую область предлагал считать нейтральной, кроме Аббас-Абада, гарнизон которого он согласился обеспечить продовольствием.

Стороны во многом были согласны, многое отверг Грибоедов, а в целом ни к чему не пришли.

Грибоедов просил прервать переговоры на несколько часов, чтобы написать проект перемирия.

«– Нет! – возразил Аббас-мирза. Сейчас все решите, я не хочу вашего письма. Ради бога не пишите.

Вы потом, не отступитесь ни от одного слова»[121 - ЦГИА Груз. ССР, ф. 11, д. 20, л. 15 -16.].

Сошлись, однако, на том, что Грибоедов отдельно составит проект условий временного прекращения военных действий, а потом представит наследному принцу.

Приветствия полились рекой, похвалы, лесть более или менее сносные[122 - ЦГИА Груз. ССР, ф. 11, д. 20, л. 16.].

Ночью Грибоедов составил проект перемирия и дал его перевести. Случай казался ему удобным привести к окончанию дела.

За три года пребывания в Тавризе он не видел Аббас-мирзу в таком расположении духа и готовности к раскаянию, хотя и не раз имел возможность убедиться, что у персов слова находятся в вечном раздоре с делами.

Между тем Грибоедову принесли персидский проект перемирия, составленного по указанию наследного принца и уже одобренного шахом. Персы соглашались, чтобы русские остались в Аббас-Абаде, а из Нахичеванской области и Эчмиадзина были выведены войска сторон.