Религиозные мотивы в русской поэзии

К теме Соловков автор обращался, помимо «Неугасимой лампады», и в эмигрантской периодике: он по праву считается одним из первых отечественных писателей, правдиво рассказавших о ГУЛАГе, задолго до Солженицына. Когда повесть еще была запрещена в Советском Союзе, с ней ознакомился другой бывший соловецкий узник, академик Д.С. Лихачев, оставивший на полях издания свои комментарии очевидца. Весь этот корпус соловецких текстов нам удалось собрать и издать под одной обложкой[2 - Ширяев Б.Н. Соловецкие сказы ? под ред. М.Г. Талалая и иерея Вячеслава Умнягина.

СПб.: Росток, 2019.].

Почти одновременно с «Неугасимой лампадой» писатель создал произведение совсем иного настроя – свежие мемуары, почти репортажи, о беженцах-дипийцах[3 - От англ. DP, displaced persons, «перемещенные лица» – так стали называть в Западной Европе массы населения, оказавшиеся там в результате Второй мировой войны вне родины.] в Италии[4 - Он же. Ди-Пи в Италии. Записки продавца кукол ? Под ред. М.Г. Талалая. СПб.: Алетейя, 2007.]. Многим послевоенным эмигрантам, которых сначала называли «новыми», противопоставляя их послереволюционным «старым», грозила насильственная репатриация и последующее возмездие сталинского режима, но несмотря на все переживаемые ими лишения и опасности, они предстали в книге Ширяева «Ди-Пи в Италии» в жизнерадостном, не без юмора, повествовании, на любовно выписанном фоне приютившей их прекрасной страны.

Эта книга справедливо считается ценнейшим источником по истории второй волны эмиграции[5 - Заметим, что и по возрасту, и по культурному багажу, и по биографии Б. Н Ширяев, участник Белого движения, вполне мог бы относится к первой волне эмиграции, но покинул он родину уже в 1944 году, в составе второй волны.].

Следующим важным шагом для писателя стало создание цикла о русской жизни в первой половине XX века, включая Гражданскую войну, коллективизацию и раскулачивание и, самый замалчиваемый период – судьбы населения на оккупированных немцами территориях. Эти повести, разбросанные в эмигрантских изданиях, но связанные общими героями и цельным авторским мировоззрением, Ширяев мечтал объединить в одно литературное полотно, – и эту его мечту нам тоже удалось осуществить[6 - Ширяев Б.

Н. Кудеяров дуб: повести и рассказы ? под ред. А.Г. Власенко и М.Г. Талалая. СПб.: Росток, 2016.]. Монументальная фреска еще ждет своей достойной оценки у отечественной аудитории.

Наряду с художественной прозой Борис Николаевич плодотворно занимался публицистикой и эссеистикой.