Исчезнувшее свидетельство

Таким образом Старик продолжал в точности выполнять данные в письме обещания: за участие в расследовании Пташников, как и я в свое время, уже получил «гонорар» в виде уникальной, редкой книги.

Поэтому я не задал краеведу ни одного вопроса – мне и так все было ясно. Однако мое молчание вызвало подозрения Окладина: он бросил на меня несколько выразительных взглядов, а когда Пташников вышел из комнаты, не удержался и спросил:

– Вы ничего не хотите сказать по поводу этой загадочной истории, которую нам поведал Иван Алексеевич?

Мне стоило большого труда ответить на его вопрос как можно бесстрастней:

– Я очень рад за Ивана Алексеевича, что он стал владельцем такой ценной книги.

– И больше ничего не добавите?

– Конечно, эта история с подарком от неизвестного человека выглядит загадочно, но, думаю, со временем все разъяснится.

– Что ж, если вы так считаете, то, наверное, так оно и будет.

По выражению лица Окладина мне стало понятно: он о чем-то догадывается, но выпытывать, как я причастен к истории с подарком, не намерен.

В настоящий момент такая позиция вполне меня устраивала.

Вернулся Пташников, и мы втроем склонились над книгой. На внутренней стороне переплета стояла подпись владельца – «св. В. Корсунский». Кроме самого «Слова о полку Игореве» в сборнике находилось несколько изданий начала XIX века: карта, изображающая часть древней России до нашествия татар из «Исторического исследования о местонахождении древнего Российского Тмутараканского княжества А.И. Мусина-Пушкина», «Исторические разговоры о древностях Великого Новагорода», статья, напечатанная на латыни, и три «Слова», произнесенные по случаю избрания и присяги судей в Ярославской губернии.

Жалко и чуждо выглядели эти «слова», претендующие на шедевры русской словесности, рядом со «Словом о полку Игореве».

– В девятнадцатом веке Корсунские были известны в Ярославле как потомственные священники. В местном архиве. сохранились проповеди Н. Корсунского, а сын этого известного проповедника был редактором «Ярославских епархиальных ведомостей» и преподавал в духовной семинарии греческий язык – в той самой семинарии, где до этого был ректором Иоиль Быковский.

Самое интересное в сборнике – около пятидесяти помет и записей на полях «Слова о полку Игореве». – Краевед взял книгу, перелистал несколько страниц. – Большинство помет касается колебаний в мусин-пушкинском издании некоторых букв, причем сделаны они опытной рукой, профессионально. А есть замечания прямо-таки удивительные.