Исчезнувшее свидетельство

– Мне нужно с вами поговорить, – каким-то не своим, металлическим голосом произнес я, от волнения даже не поздоровавшись.

Кажется, не меньше меня была взволнована и Наташа. Она присела на скамейку возле подъезда и, не поднимая глаз, спросила так тихо, что я едва расслышал:

– О чем?

– Я хочу через вас связаться с человеком, который прислал мне письмо. Скажите хотя бы его имя и отчество, уж если не можете назвать фамилию.

Наташа на секунду замешкалась.

– Лев Семенович.

– Так вот, я выполнил просьбу Льва Семеновича: подключил к расследованию истории находки и гибели списка «Слова о полку Игоревe» тех людей, которых он упоминал в своем письме.

– Нет, он газет вообще не выписывает. Но вы не беспокойтесь – я передам ему все номера газеты, где будут появляться ваши очерки о «Слове».

– Вы с ним соседи?

– Считайте так, – ушла девушка от прямого ответа.

– Неужели вам самой нравится эта игра в конспирацию? – напрямую спросил я ее.

Наташа отвела взгляд в сторону.

– Нет, не нравится. Я пыталась переубедить Льва Семеновича, но он не согласился со мной. Возможно, у него есть какие-то очень серьезные доводы, почему он решил не называть себя… Да, видимо, так оно и есть, – подумав, более уверенно добавила девушка.

Я пытался поймать ее взгляд:

– Лев Семенович чего-то опасается?

Прежде чем ответить, Наташа коротко посмотрела на меня и, опустив голову, глухо сказала:

– Есть один человек, который, кажется, чем-то угрожает ему.

– Вы сами этого человека видели?

– Да, несколько раз, когда он приходил к Льву Семеновичу.

– Как он выглядит?

– Глаза темные, глубоко запавшие. Острый подбородок. В разговоре кривит губы, вскидывает брови. Неприятный человек, весь какой-то приторный, неестественный, как бездарный, но честолюбивый актер… А вы почему спрашиваете? – спохватившись, оборвала себя Наташа и посмотрела на меня подозрительно, даже с испугом.

Я рассказал ей все, что услышал от Лидии Сергеевны: о старике, который хотел подарить музею акварель с видом усадьбы Мусина-Пушкина в Иловне, о мужчине, интересовавшимся у сотрудников музея, сколько эта самая акварель может стоить. Его приметы, сообщенные мне Лидией Сергеевной, полностью совпадали с теми, которые назвала Наташа.

– Точно, это он, – согласилась со мной девушка. – А старик – Лев Семенович.