Исчезнувшее свидетельство

Я не понимал позиции Окладина, но она вполне устраивала меня – благодаря ей мои знания о «Слове о полку Игореве» и о позиции тех, кто подвергал его подлинность сомнению, пополнялись все новыми сведениями.

По виду Пташникова можно было догадаться, он уже раскаивается в том, что так неудачно процитировал Кюхельбекера, вспомнившего песни Оссиана.

– Кто же был настоящим автором «Слова о полку Игореве»? – спросил я Пташникова.

– Называли галицкого книжника Тимофея, певца Митуса, черниговского тысяцкого Рагуила, новгородского посадника Романа, милостника Святослава Киевского Кочкаря.

Список предполагаемых авторов все увеличивается. Недавно появилась еще одна гипотеза: автор «Слова о полку Игореве» – сам князь Игорь!

– Неожиданная версия, – проронил Окладин, и непонятно было, то ли он сказал это всерьез, то ли с иронией. – Какие же доводы приводят в ее пользу?

– Доводы довольно-таки убедительные. Впрочем, судите сами. Кто, как не князь Игорь, мог так преувеличивать значение своей битвы с половцами? Она представлена чуть ли не как самое главное событие эпохи, «такой рати и не слыхано» – вот какую высокую оценку дает ей автор.

– Что ж, вполне веский довод, – согласился Окладин. – Хотя, с другой стороны, гипербола – преувеличение – часто используется в поэтических произведениях.

– Кому, как не Игорю, нужно было это произведение, чтобы оправдаться перед современниками за свой неудачный поход и сокрушительное поражение? Кто лучше князя Игоря знал все обстоятельства похода, битвы, пленения и бегства?

– Действительно, получается стройная версия.

А как к ней относитесь вы? – спросил историк Пташникова.

– Безусловно, князь Игорь мог быть образованным человеком и написать произведение-исповедь. Исследователи древнерусских произведений давно заметили, что если летописец сообщает о ком-нибудь очень много подробностей, то, вероятней всего, он пишет о самом себе. Но естественно ли было использовать такой прием в поэтическом произведении? А главная слабость этой версии, на мой взгляд, в том, что автор «Слова о полку Игореве» понимал опасность разобщения Русского государства, а князь Игорь сам создавал эту разобщенность, выступив против половцев почти в одиночку.

По летописному свидетельству, от войска Игоря в живых осталось только пятнадцать человек. Высказывалось предположение, что автор «Слова» был в их числе, отсюда его знание военной тактики, оружия, воинских доспехов.