Крушение

Шмелев в статье «Авансы и долги» взорвал представление о плановой экономике и ее состоятельности в сравнении с капиталистической. Экономисты, академик А. Г. Аганбекян и его команда в журнале «ЭКО», взывавшие к перестройке экономики, как-то сникли, когда перестройку понесло как ветхий кораблик в бушующем море без руля и ветрила.

* * *

М. С. Горбачев не был так широко известен и популярен, как относительно молодой лидер коммунистов Ленинграда Г. В. Романов, которого вдруг начали подвергать критике, и к 1985 году его авторитет заметно снизился.

М. С. Горбачев к 1985 году оказался единственным молодым членом политбюро. Его кандидатуру поддержал популярный в стране А. Громыко и ставропольский лидер взошел на вершину власти в Советском Союзе.

Приход к власти 55летнего партийного функционера в целом был встречен с надеждой на добрые перемены. Они были нужны. Первые выступления М. С. Горбачева включали новый лексикон – «больше социализма», «гласность», «новое мышление», «толерантность», наконец «перестройка»…

Новый лексикон отторжения не вызывал, но смысл до сознания жителей не доходил.

М. С. Горбачев пытался разъяснить. Говорил легко, много но все равно непонятно. Было весело, но не убедительно. М. С. Горбачев шел «в народ». Долго говорил с толпами людей на понятном, хотя далеко не литературном языке, с явным кубанским акцентом, с искаженными ударениями в словах, но без бумажки и зачастую обращался к собеседнику на «ты».

Кое-кто видел в его многочисленных речах «легкость в мыслях необыкновенную». Его сопровождала супруга, вполне симпатичная женщина, и это вызывало интерес населения страны.

Я напряженно вглядывался в ситуацию и слегка (но затем все сильнее) недоумевал. Например, при встречах с Р. Рейганом, назвавшим нашу страну "империей зла", они дружески обнимались, как будто к нему слова об «империи зла» не относились.

Я много работал с американцами, англичанами, итальянцами и другими иностранными специалистами и сделал наблюдение, американцы и англичане генетически высокомерны по отношению к русским. Они признают сильных, но третируют слабых. Да и у нас особого доверия к американской стороне не было после сорока лет «холодной войны», планов атомных бомбардировок «дропшот», корейской и вьетнамской войн.