Призрак с Вороньего холма. Дружба бандита

Два санитара не в силах сдвинуться с места молча пронаблюдали, как он жадно затянулся, выпустил тонкую струю дыма и, прихрамывая, направился к выходу.

Поезд Москва – Сочи стоял на перроне Ростова уже десять минут. Проводница Саша выпустила пассажиров, прибывших в город, и впустила тех, кто желал ехать дальше, на юг. Возле вагона остался парень в потертой гимнастерке без погон, с видавшим виды рюкзачком в руках. На первый взгляд ему было лет двадцать семь-тридцать, но виски уже серебрились. Саша несколько раз зыркнула на него, но он продолжал молча стоять возле вагона, попыхивая сигаретой.

Когда поезд дернулся и она уже хотела закрыть дверь, парень шагнул к вагону:

– Сестра, денег нет. Документов тоже. Я после ранения и очень хочу на море. Возьми до Лазоревска. Я тебе отработаю.

Состав набирал скорость, а он шагал рядом.

– Вагон не мой личный. А если контролер? – Проворчала она. Но отодвинулась, давая парню запрыгнуть. Почему Саша так поступила, сама понять не могла. За четыре года службы она привыкла к всевозможным зайцам и научилась воспринимать их с равнодушной неприязнью.

А этого пустила. Может, женская душа дрогнула, а может, глаза парня не позволили отказать: – Чем отработаешь, солдатик? Думаешь, лаской? Так я замужняя, от своего отдохнуть рада. Приставуч больно.

– Чем скажешь. – Сообщил безбилетник: – Могу чай разнести, могу клозеты отмыть. Я все умею.

– Ладно, накачай мне воды и тихо подваливай в первое купе. Его сменщица Лидка занимает, да не спит.

У нее хахаль в восьмом вагоне проводником, так она больше при нем, чем тут.

Саша показала, как качать воду, и ушла к себе. Солдатик с заданием управился быстро. Поняв, что емкости водой заполнены, проник в первое купе и улегся на верхнюю полку. Нижняя оказалась застеленной, и он смекнул, что это место влюбленной Лидки. Минут через десять к нему заглянула Саша:

– Жрать хочешь – суп есть. В меня уже не лезет, а вылить жалко. Суп, солянка. У нас в ресторане ее Петруша хорошо готовит.

Он спрыгнул с полки и посмотрел Саше в глаза:

– Спасибо, сестрица, не откажусь, – взгляд у него был странный, заинтересованный и немного грустный. Без улыбки.

– Что ты заладил, сестрица да сестрица. Меня Александрой звать.

– А меня Олег.

– На, ешь. – Она поставила на стол железную миску, тарелку с хлебом и бросила рядом ложку: – Вот что, солдатик, контролеры пойдут, скажешь, что мой брат. Понял?

Он кивнул и принялся за еду.