Убить Каина. Хроники 18-го века

Окровавленные скоморохи с трудом поднялись. Вокруг валялись переломанные музыкальные инструменты и разорванные маски. И один нож поодаль, видно в спешке не заметили его нападавшие. Скоморохи, забыв о собственной боли, с тоской смотрели на остатки своих богатств.

Ванька попытался встать, но не смог, повалился.

– Ты чего? – спросил Демид. – Вставай, идти надо.

– Не могу… Голова кружится…

Архип и Афанасий подхватили Ваньку, подняли. Поддерживая его с обеих сторон, заковыляли дальше.

Ванька, волоча по земле безвольные ноги, шептал опухшими губами: – Тащится за ними горе, и с дороги не свернуть…

К ночи добрели до какой-то деревеньки.

Устроились в общинном сенном сарае – нужно было вылечиться от побоев, подождать пока синяки и ссадины с лиц сойдут.

А Ванька вдруг стал бредить.

– Жар, – потрогав его лоб, сказал Демид. – Льда добудьте.

Архип сбегал к колодцу. Подход к колодцу был еще обложен тающим льдом, выломил несколько кусков, принес. Лоб Ваньки обложили льдом. Но лед не помог, Ванька продолжал метаться и бредить.

– Знахарка нужна, – сказал Архип и отправился в деревню.

Вскоре вернулся с какой-то бабой и слепой старухой. Баба несла бутылку с коричневой жидкостью.

Ванька стонал в беспамятстве.

Из тьмы возник ямской поп с крестом. Поп приблизился и, зло посмотрев на Ваньку, опустился на колени. Лицо его удлинилось, превратилась в волчью морду, лапы заскребли землю. Оборотень, ужаснулся Ванька. Оборотень ощерился, оскалил зубы и изготовился к прыжку. Затем появился другой поп, третий.

Попы множились, превращались в волков, стая росла и заполнила всё пространство до горизонта. Если бежать, придется прыгать по их спинам.

Старуха ощупала лицо Ваньки.

Первый оборотень протянул к Ваньке когтистую лапу. Когти удлинились и стали рвать его голову.

– Срежьте ему когти… – стонал Ванька.

Оборотень превратился в черную старуху с пустыми глазницами. Ванька догадался, что это – Смерть. А где твоя коса, спросил. Но Смерть то таяла в тумане, то вновь появлялась.

Горячка, говорила она. Сильно разволновался. Сонного отвару ему выпить надо, уснет, и жар пройдет. Дай ему попить, милая, велела она волку.

Сейчас, ответил оборотень женским голосом и, подняв Ванькину голову, влил в рот какую-то горечь. Отравила, понял Ванька. Хотел сплюнуть, но не сумел, проглотил отраву.

Волк продолжал рвать когтями его голову. Голова пылала в огне. Боль была жуткая. Ванька хотел закричать, но губы не слушались. Внезапно боль стала стихать.