Убить Каина. Хроники 18-го века

 – Нужно непременно составить записку для Ушакова, чтобы распространить это на всю державу. Большая экономия казенных средств…»

Возбужденный удачной мыслью, и, спеша проверить её на практике, Юрьев живо повернулся к Семену:

– Готов?

– Завсегда готов. Разомнусь только… – Семен направился к столу, выбрал себе плеть по руке. – С таким инструментом любую душу можно наружу вывернуть, ваше сиятельство, – одобрительно сказал он.

– Помилосердствуй, Сема, – запричитал Авдей. – У меня же трое детей малых! Катеньки всего годик.

– Давай, Авдейка, скидай портки и падай на лавку. После поголосишь, – велел Семен, помахивая плетью.

Авдей упал на колени и пополз к князю.

– Признаюсь! Во всем признаюсь! Пьяным был, ваше сиятельство! Туман в глазах стоял, язык сам по себе ворочался.

Князь со смешанным чувством страха и удовольствия наблюдал эту сцену. Отец Иоанн и полицейский были спокойнее, нечто похожее они в трактире уже видали.

– В кандалы его! – распорядился князь. – А ты, Семен, с утра сюда явишься, заменишь пока нашего палача. Я с твоим барином договорюсь. Старайся только.

– Уж постараюсь, ваше сиятельство. – Голос Семена звучал угрожающе. Он повернулся к Ваньке. – Ну, думал, донесешь, так уйдешь от меня? Не уйдешь! Погоди, вот домой вернемся!..

– Червь ты, Семка, – сказал Иван, вставая из-за конторки. – Червь навозный. В дерьме твое место. Я тут все записал, ваше сиятельство.

И круто развернувшись, выбежал из пыточной.

Юрьев не остановил, лишь проводил глазами. Подошел к конторке, взял лист, исписанный Ванькой, прочел.

– Пишет правильно, – проговорил он. – Умный малый.

– И добрый, – дополнил отец Иоанн.

– Ничего, жизнь ожесточит, – сказал Юрьев. – Ступай, монах, ты на сегодня свой урок выполнил. Завтра придешь, составим вместе докладную генерал-губернатору.

Отец Иоанн быстро покинул камеру, спеша догнать Ваньку, чтобы сообщить, что книга нашлась.

6

В надежде найти Ваньку, отец Иоанн на другой день сунул книгу в сумку и отправился в дом боярина Мятлева.

Дом был трехэтажный, но узкий, с немецкими выкрутасами – большими окнами, эркерами и небольшим – только ноги поставить – балкончиком на втором этаже. Справа и слева к дому лепились две постройки для челяди – одна для мужиков, другая девичья. В саду среди деревьев стояла часовня.